ТВОРЧЕСТВО В. ВЫСОЦКОГО.

        Я не люблю себя, когда я трушу,
        И не терплю когда невинных бьют.
        Я не люблю, когда мне лезут в душу,
        Тем более когда в неё плюют.

	Если попытаться определить место Высоцкого в истории нашей культуры одним словом, то самым точным будет: олицетворенная совесть народа . Поэтому и любимец народа, поэтому и массовое паломничество к его могиле на Ваганьковском вот уже сколько лет, поэтому и нескончаемое море цветов у его памятника, поэтому и нарасхват любые напоминания о нём - книги, буклеты, кассеты, пластинки. При жизни он не стал ни народным, ни заслуженным, ни лауреатом. Официальных наград и званий удостоен не был. Но поистине народным стал. Его талант, его творчество и явились тем самым нерукотворным памятником.
	Вот как рассказывает о Высоцком писатель - драматург Игорь Васильевич Бестужев - Лада.
	«Я впервые услышал голос Высоцкого, естественно записанный на магнитофон, из чужого окна, насколько помню, в конце 60-х. Услышал - удивился. Сначала голосу: да разве с таким голосом можно петь? А потом тому, что он пел. Странному, завораживающему сплаву мелодий и рифм: ярких, необычных, дотоле неслыханных. Неожиданные насмешки там, где вроде бы положено ужаснуться. Наконец - страшно сказать! - дерзости довольно ясного намёка на дубовость нашей официальной “чёрно - белой” пропаганды тех лет. “Из заморского из лесу, где и вовсе сущий ад, где такие злые бесы чуть друг друга не едят. Что б творить им совместное зло потом, поделиться приехали опытом. Страшно, аж жуть!”
	За такой намёк автору непоздоровилось бы от ревнителей старорежимных порядков! В те годы, когда публично костерили “вышедших за рамки” поэтов и художников, подобные строки вновь начинали становиться “чреваты последствиями”, и требовалось известное гражданское мужество, что б произвести такое в открытую.
	Чуть позднее я научился отличать эти песни от других. И не уставал поражаться: вот бы никогда не подумал, что можно тянуть согласные “л-л-л” или “р-р-р” совершенно так же, как гласные “о-о-о” или “а-а-а”. А ведь от этого неожиданным образом меняется вся поэтика и, если можно так сказать, мелодика песни - так, что она западает в душу раз и навсегда.
	Высоцкий  громко заговорил о том, о чем мы боялись даже задуматься. Произносит вслух наши потаенные мысли! И так как  его с восторгом слушает, понимает и принимает для себя подавляющее большинство людей, значит, наши и его мысли - никакая-то заумь, далёкая от жизни, ненарочитый негативизм, а частица подлинного общественного мнения.» 

	Голос Высоцкого призывал остановиться, задуматься, измениться. Он обличал пороки нашего деморализованного общества без нравоучений, без покровительственных ноток. Ему чужда была проза. Смыслом являлась борьба за возвращение обсалютного: чести, совести, достоинства. (Вспоминаются его слова:”Досадно мне, что слово “честь” забыто...”?) Он умел болеть общим горем, умел нащупать и указать болевые точки общества. А это, куда важнее, чем даже многие художественные открытия!
	Высоцкий - типичный “шестидесятник”. Таким странным словом именуются люди, в мировоззрении которых под впечатлением разоблачений беззакония, преступлений периода культа личности произошёл переворот, определивший их видение жизни на десятилетия вперёд, вплоть до нынешних времён.
Их мировоззрение с особой яркостью проявилось в 60-е годы - отсюда и название. Таким же типичным “шестидесятниками” были так же Евтушенко, Вознесенский, Ахмадулина. Они сразу заявили о себе. Сразу стали заметны.
	О Высоцком можно говорить бесконечно. Он на столько интересен, что полная книга о нём насчитывала бы не одну тысячу страниц.