РИМСКОЕ ПРАВО: ПОНЯТИЕ ЛИЦА
  
План. 
1. Понятие “лица” и правоспособности 
2. Правовое положение римских граждан 
3. Правовое положение латинов и перегринов 
4. Правовое положение рабов 
5. Правовое положение вольноотпущенников 
6. Правовое положение колонов 
7. Юридические лица 
  
1. Понятие “лица” и правоспособности 
Рабовладельческое общество признавало лицом (persona) , т.е. существом, способным иметь права, не каждого человека. Это общество было особенно наглядным свидетельством того, что правоспособность (способность быть субъектом, носителем прав) не есть прирожденное свойство человека, а представляет, как и само государство и право, надстроечное явление на базисе экономических отношений общества. Другими словами, правоспособность коренится в социально-экономическом строе данного общества в данный период его развития. 
В Риме существовал многочисленный класс людей - рабы, которые были не субъектами, а объектами прав. Варрон (I в. до н.э.) делит орудия на немые (например, повозки) ; издающие нечленораздельные звуки (скот) и одаренные речью (рабы) . Раб называется instrumentum vocale, говорящим орудием. 
С другой стороны, современное различие лиц физических (т.е. людей) и юридических (т.е. различного рода организаций, наделенных правоспособностью) в Риме разработано не было, хотя и было известно в практике. 
Тому, что теперь называется правоспособностью, в Риме соответствовал термин caput. Полная правоспособность слагалась из трех основных элементов или состояний (status) : 1) status libertatis - состояние свободы, 2) status civitatis - состояние гражданства, 3) status familiae - семейное состояние. 
С точки зрения status libertatis, различались свободные и рабы; с точки зрения status civitatis, - римские граждане и другие свободные лица (латины, перегрины) ; с точки зрения status familiae, - самостоятельные (sui iuris) отцы семейств (patres familias) и подвластные какого-либо paterfamilias (лица alieni iuris, “чужого права” ) . Таким образом, полная противоположность предполагала: свободное состояние, римское гражданство и самостоятельное положение в семье. 
Изменение в каком-либо из статусов носило название capitis demi-nutio. Изменение в status libertatis называлось сapitis deminutio maxima (наивысшее, наиболее существенное) ; изменение status cfivitatis называлось capitis familiae обозначалось как capitis deminutio minima (наименьшее) . 
Разумеется, регламентация правоспособности не была одинаковой во все периоды римской истории. Вместе с развитием экономических отношений шло развитие и правоспособности свободных людей. По мере превращения Рима из небольшой сельскохозяйственной общины в огромное государство с развитой внешней торговлей пестрые различия правоспособности отдельных групп свободного населения (римских граждан, латинов, перегринов) стали сглаживаться, пропасть между свободным и рабом по-прежнему оставалась. В конце концов был достигнут крупный для того времени результат - формальное равенство свободных людей в области частного права. 
Обладание тем или иным статусом могло быть предметом спора. На этой почве появились специальные средства защиты правоспособности - так называемые статутные иски (например, иск о признании лица вольноотпущенником, предъявляемый против того, кто задерживает этого человека как раба, и т.п.) . 
2. Правовое положение римских граждан. 
Римское гражданство приобреталось прежде всего путем рождения (в законном браке) от римских граждан, затем - путем отпущения на свободу из рабства, а также посредством дарования римского гражданства иностранцу. 
Прекращалось римское гражданство или смертью, или в результате capitis deminutio maxima. Эта последняя (после различных исторических изменений) в эпоху Юстиниана наступала в случае присуждения к наиболее тяжелым уголовным наказаниям и пр., в случаях захвата римского гражданина во власть врагов или по крайней мере недружественного народа (впрочем, в случае последующего возвращения на римскую территорию такое лицо восстанавливалось во всех правах; это называлось ius postliminii) . 
Правоспособность римского гражданства в области частного права слагалась из двух основных элементов: ius conubii, т.е. права вступать в законный брак, при котором дети получали права римского гражданства, а отцу принадлежала власть над детьми, и ius commercii - по определению Ульпиана emendi vendendique invicem ius, т.е. право торговать, совершать сделки, а следовательно, приобретать и отчуждать имущество. 
Существенное значение имело деление римских граждан на свободнорожденных и вольноотпущенников (libertini) ; последние не только находились в зависимости от своих патронов (т.е. отпустивших их на свободу) , но нередко и эксплуатировались ими. 
В III в. н.э. формально было провозглашено равенство в правоспособности. В действительности полного уравнения не произошло. В частности, неравенство вызывалось образованием в период империи сословий, которое сопровождалось прикреплением к профессиям. Различались следующие сословия: сенаторы, всадники, военное сословие, городские декурионы или куриалы, торговцы, ремесленники, крестьяне. 
Сословные и иные социальные различия особенно сильно давали о себе знать в области налогового обложения и вообще в публичном праве; но они сказывались и в области частного права, например на допускался брак между сенатором и вольноотпущенницей и пр. 
В современном праве различают правоспособность и дееспособность (т.е. способность совершать действия с соответствующими юридическими последствиями) . Римское право на знало соответствующих категорий, однако в Риме не за каждым лицом признавалась способность совершать действия с юридическими последствиями. 
Дееспособность человека всегда и везде, прежде всего, зависит от возраста, так как понимание смысла совершаемых действий и способность владеть собой и трезво принимать то или иное решение приходит лишь с годами. В Римском праве различались: infantes (до 7 лет) - вполне недееспособные; impuberes (мальчики от 7 до 14 лет, девочки от 7 до 12 лет) . 
Impuberes признавались способными самостоятельно совершать такие сделки, которые ведут к одному лишь приобретению для несовершеноолетнего (без каких-либо потерь или установления обязанностей) . Для совершения действий, которые могут привести к прекращению права несовершеннолетнего или к установлению его обязанности, требовалось разрешение опекуна (auctorias tutoris) , которое должно было даваться непременно при самом совершении сделки (не раньше и не позже) . Опекуном был обычно ближайший родственник по указанию отца несовершеннолетнего, сделанному в его завещании, или по назначению магистра. Опекун обязан был заботиться о личности и имуществе несовершеннолетнего. Отчуждать имущество несовершеннолетнего опекун не имел права, за исключением случаев, когда это было, безусловно, необходимо. 
Если несовершеннолетний совершал сделку без разрешения опекуна, она юридически обязывала его только в пределах полученного обогащения. 
Следующую ступень возраста составлял период с 14 (для женщин с 12) до 25 лет. В этом возрасте лицо было дееспособно. Но по просьбе таких лиц претор (в последние годы республики) стал давать им возможность отказаться от заключенной сделки и восстановить то имущественное положение, какое было до совершения сделки (так называемая реституция, restitutio in integrum) Co II в. н.э. за лицами, не достигшими 25 лет, стали признавать право испросить себе куратора (попечителя) . 
Источники римского права дают материал для того, чтобы определить, чем попечительство отличалось от опеки. Исторически эти два института сложились так, что опека назначалась над несовершеннолетними, а также (вплоть до классического периода) над женщинами независимо от возраста; попечительство же устанавливалось в отношении совершеннолетних, не достигших 25 лет, а также в отношении душевнобольных. 
Если совершеннолетний, не достигший 25 лет, испрашивал назначения попечителя, он становился ограниченным в своей дееспособности в том смысле, что для действенности совершаемых им сделок, с которыми связано уменьшение имущества, требовалось согласие (consensus) попечителя, которое могло быть дано в любое время (заранее или при совершении сделки, или в виде последующего одобрения) . Молодые люди в возрасте 14 (12) - 25 лет могли без согласия попечителя совершать завещание, а также вступать в брак. 
На дееспособность физического лица влияли также всякого рода душевные болезни. Душевнобольные и слабоумные признавались недееспособными и находились под попечительством. Телесные недостатки влияли только в соответствующей сфере деятельности; например, так как договор стипуляции совершался в форме устного вопроса и ответа, то его не могли совершать ни немые, ни глухие и т.п. 
Ограничивались в дееспособности также расточители, т.е. лица слабовольные, не способные соблюдать необходимую меру в расходовании имущества и потому так расточающие его, что создавалась угроза полного разорения. Расточителю назначали попечителя, после чего расточитель мог самостоятельно совершать только такие сделки, которые направлены лишь на приобретение; кроме того, расточитель признавался ответственным за деликты (правонарушения) . Сделки, связанные с уменьшением имущества или установлением обязательства, расточитель мог совершить только с согласия попечителя. Составлять завещание расточитель на мог. 
В течение ряда веков существовали серьезные ограничения правоспособности и дееспособности для женщин. В республиканском римском праве женщины находились под вечной опекой домовладыки, мужа, ближайшего родственника. В конце классического периода было признано, что взрослая женщина, ни состоящая под властью ни отца, ни мужа, самостоятельна в управлении и распоряжении своим имуществом, но не вправе принимать на себя в той или иной форме ответственность по чужим долгам. В праве Юстиниановской эпохи ограничения правоспособности и дееспособности женщины были ослаблены, но равноправия полов все-таки не было и тогда. 
В качестве обстоятельства, отражавшегося на правовом положении римского гражданина, следует упомянуть еще умаление чести. Одной из самых серьезных форм умаления чести была infamia, бесчестье. Infamia наступала: а) как следствие осуждения за уголовное преступление или за особо порочащее частное правонарушение, в результате присуждения по искам из таких отношений, где предполагается особая честность (например, из договора поручения, товарищества, хранения) , из отношений по поводу опеки и т.п. ; б) непосредственно в силу нарушения некоторых правовых норм, касающихся брака (считалась infamis вдова, вступившая в новый брак до истечения года после смерти первого мужа) , или ввиду занятий позорной профессией(например, сводничеством и т.п.) . 
В классическом праве ограничения, связанные с infamia, были довольно значительны. Personae infames не могли представлять других в процессе, а также назначить процессуального представителя себе; таким лицам не разрешалось вступать в законный брак с лицом свободнорожденным, они были ограничены в области наследственного права. 
От personae infames отличались personae turpes - это лица, которые признавались общественным мнением бесчестными по общему характеру своего поведения. Наиболее существенным ограничением perso-nae turpes было ограничение в области наследования. 
Имела немаловажное значение и такая форма бесчестья, как intesta-bilitas. Еще в законах XII таблиц было постановление, что лицо, участвовавшее в сделке в качестве свидетеля и отказавшееся потом дать на суде показания по поводу этой сделки, признается intestabilis, т.е. неспособным так или иначе участвовать (ни в качестве стороны, ни в качестве свидетеля) в совершении сделок, требующих участия свидетелей (например, не способно составить завещание) . 
3. Правовое положение латинов и перегринов. 
Латинами первоначально назывались жители Лациума, получившие латинское гражданство до середины III в. до н.э. (это latini veteres, древние латины) . Затем также стали называть членов колоний, образованных Латинским Союзом, и колоний, устроенных Римом на завоеванных территориях (latini coloniarii) . После союзнической войны (90-89 гг. до н.э.) ius latini право латинского гражданства стали понимать как технический термин, обозначавший определенную категорию правоспособности. Такая последовательность предоставлялась (“жалова-лась” ) отдельным лицам и целым областям. 
Правовое положение latini veteres не отличалось (в области имущественного права) от положения римских граждан; ius conubii они имели только в тех случаях, когда это право было специально предоставлено. С 268 г. до н.э. права латинского гражданства в этом виде уже не предоставлялись. Latini coloniarii не имели ius conubii; ius commercii, а также способность вести гражданский процесс (ius legisactionis) эта категория латинов в большинстве случаев имела, но составлять завещание latini coloniarii не имели права. 
Латинам была открыта возможность легко приобретать права римского гражданства. Первоначально для этого было достаточно переселиться в Рим. Но так как подобные переселения сильно сокращали население латинских городов, то с начала II в. до н.э. было установлено требование, чтобы при такого рода переселении латин оставлял в родном городе мужское потомство. После союзнической войны в I в. до н.э. все латины, жившие в Италии, получили права римского гражданства. 
Latini coloniarii получали права римского гражданства различными способами; в частности, римское гражданство получали также латины, исполнявшие обязанности декуриона (члена муниципального сената) . 
Перегринами назывались чужеземцы как не состоявшие в подданстве Рима, так и римские подданые, не получившие ни римской, ни латинской правоспособности. Такие “чужаки” в древнейшую эпоху считались бесправными. С развитием хозяйственной жизни это бесправие стало нетерпимым и перегрины были признаны провоспособными по ситеме ius gentium. 
В начале III в. Каракалла предоставил права римского гражданства подданным Римского государства. 
4. Правовое положение рабов. 
С самых древних времен, к которым относятся наши сведения о Римском государстве, и вплоть до конца его существования римское общество было рабовладельческим. 
Социальное положение рабов было неодинаковым на разных этапах римской истории. В древнейшую эпоху рабы в каждой отдельной семье были немногочисленны; они жили и работали совместно со своим хозяином и его подвластными и по бытовым условиям не очень резко отличались от них. По мере завоеваний число рабов сильно увеличилось и рабство оставалось основой всего производства. Они стали жить отдельно от своих господ: не только исчезла прошлая патриархальность отношений, но осуществлялась беспощадная эксплуатация рабов. Раб исполняет огромную изнурительную работу, а содержится в самых тяжелых условиях; несколько сноснее были условия жизни рабов, принадлежащих к самому государству. Произвол и эксплуатация со стороны рабовладельцев толкали рабов на восстания. 
Правовое положение рабов определялось тем, что раб - на субъект права; он - одна из категорий наиболее необходимых в хозяйстве вещей, так называемых res mancipi, наряду со скотом или как привесок к земле. 
Власть рабовладельца над рабом беспредельна; она является полным произволом; господин может раба продать, даже убить. Раб не может вступить в брак, признаваемый законом; союз раба и рабыни (contubernium) - отношение чисто фактическое. 
Пекулий. Если тем не менее кое-какие проблески признания личности раба имели место, то это происходило в интересах самого рабовладельца, имело целью расширить и углубить эксплуатацию рабов. 
На этой почве сложился институт рабского пекулия. Термином “пекулий” , происходящим, вероятно, от слова pecus, скот, называлось имущество, выделяемое из общего имущества рабовладельца в управление раба (этот институт практиковался и в отношении подвластных детей) . 
Управлять имуществом невозможно без совершения различных сделок (купли-продажи, найма и др.) . Поэтому, не признавая раба правоспособным лицом, признали, однако, юридическую силу за совершаемыми им сделками, разумеется, в таких пределах, какие соответствовали положению пекулия как формы эксплуатации. Именно рабы, имеющие пекулий, признавались способными обязываться, но приобретать для себя права не могли; все их приобретения автоматически поступали в имущество господина. Впрочем, раб мог приобрести право требования, но без права на иск, “натурально” . Реализация такого права была возможна только в случае отпущения раба на свободу: si manumisso solvam, liberor, т.е., если я уплачу рабу после его освобождения, это законный платеж. 
Таким образом, предоставление рабу пекулия и признание в известной мере юридической силы за действиями раба позволяли рабовладельцу шире эксплуатировать раба не только для выполнения различных физических работ, но и для совершения через его посредство юридических действий, а это было важно для рабовладельцев по мере развития рабовладельческого способа производства и роста товарно-денежных отношений. 
Разумеется, такое примитивное построение - по сделкам раба права приобретаются господином, а обязанности ложатся на раба (у которого ввиду его неправоспособности получить нельзя) - не могло сохраниться с развитием торговли и с усложнением хозяйственной жизни. Желающих вступать в сделки с рабами при полной безответственности по этим сделкам самого рабовладельца нашлось бы немного. Правильно понятый интерес рабовладельца требовал, чтобы третьи лица, с которыми вступал в деловые отношения раб, могли рассчитывать на возможность осуществления своих прав по сделкам с рабами. Поэтому претор ввел ряд исков, которые давались как дополнительные (к неснабженному иском обязательству самого раба) , против рабовладельца. 
Факты выделения имущества в самостоятельное управление раба стали с развитием хозяйственной жизни расценивать как согласие домовладыки нести в пределах пекулия ответственность по обязательствам, которые принимались рабом в связи с пекулием. Таким образом, если сделка совершена рабом на почве управления выделенным ему пекулием, рабовладелец отвечал перед контрагентом раба actio de peculio, в пределах пекулия (если раб, имея пекулий в сумме 500, купил что-то на 700, к его господину продавец мог предъявить иск только в сумме 500) . Впрочем, если господин получил по сделке раба увеличение имущества, так называемое обогащение, в большей сумме, он отвечал в пределах обогащения (но уже по другому иску: actio de in rem verso, буквально - иск о поступившем в имущество) . 
Если господин назначил раба приказчиком (institor) в своем торговом предприятии или вообще приставил его к такому делу, с которым неизбежно связано совершение сделок, рабовладелец отвечает по сделкам, относящимся согласно общепринятым взглядам к кругу деятельности данного приказчика и т.п. Например, если раб-приказчик закупил товар для предприятия и не расплатился за него, господин несет ответственность по actio institoria в размере стоимости товара; на если раб по просьбе покупателя принял от него вещи на хранение, господин по этой сделке, как не относящейся к сфере полномочий приказчика, не отвечает (если раб был поставлен шкипером на корабле, иск назывался actio exercitoria) . 
Наконец, если господин просто уполномочил раба на совершение той или иной сделки (т.е. дал распоряжение, iussu) , контрагент раба получал против господина actio quod iussu. Если раб совершит правонарушение (например, уничтожит или повредит чужие вещи) , к рабовладельцу потерпевший мог предъявить actio noxalis (noxa - вред) . В этом случае рабовладелец был обязан или возместить причиненный вред, или выдать виновного раба потерпевшему для отработки суммы причиненного вреда. 
Рабство устанавливалось следующими способами: 
1) рождением от матери-рабыни (хотя бы отцом ребенка было сводное лицо; наоборот, если отец - раб, а мать - свободная, ребенок признавался свободным) ; 
2) взятием в плен или просто захватом лица, не принадлежащего к государству, связанного с Римом договором; 
3) продажей в рабство (в древнюю эпоху) ; 
4) лишением свободы в связи с присуждением к смертной казни или к работам в рудниках (присужденный к смертной казни рассматривался как раб) . 
Прекращалось рабство манумиссией (отпущением на свободу) . 
В некоторых случаях раб, отпущенный на свободу, возвращался обратно в состояние рабства (например, вследствие проявления грубой неблагодарности в отношении лица, отпустившего его на свободу) . 
5. Правовое положение вольноотпущенников. 
В классическом римском праве правовое положение вольноотпущенника определялось в зависимости от прав лица, отпустившего на волю: например, раб, отпущенный на свободу квиритским собственником, приобретал права римского гражданина, а отпущенный на свободу лицом, право собственности которого опиралось не на цивильное лицо, а на преторский эдикт, приобретал только латинское гражданство. При Юстиниане эти различия были сглажены: если манумиссия выполнена в соответствии с законом, вольноотпущенник становился римским гражданином. 
Однако, даже приобретая римское гражданство, вольноотпущенник (или либертин) по своему правовому положению не вполне приравнивался к свободнорожденному (ingenuus) . 
В области частного права существовали, во-первых, некоторые специальные ограничения правоспособности вольноотпущенника; например, до Августа вольноотпущеннику запрещалось вступать в брак с лицом свободнорожденным; запрещение брака вольноотпущенника с лицом сенаторского звания сохранялось вплоть до Юстиниана. Во-вторых, либертин находился в зависимости от своего бывшего господина (именовавшегося его патроном) . 
Так, патрон имел право: а) на obsequim, почтительность либертина в отношении патрона; это имело, например, практическое значение в том отношении, что вольноотпущенник не мог вызвать патрона на суд и, следовательно, был беззащитен против произвола патрона; б) на operae, выполнение услуг для патрона (по существу моральная обязанность, но она обыкновенно подкреплялась договором и превращалась в юридическую) . Обязанность либертина выполнять operae приводила к такой эксплуатации, что претор был вынужден все-таки выступать с некоторыми ограничительными мерами; в) на bona, т.е. патрону в известной мере принадлежало право на наследование после вольноотпущенника, а также право на алименты со стороны вольноотпущенника. Такое право принадлежало в случае нужды не только самому патрону, но и его детям и родителям. 
6. Правовое положение колонов. 
Под именем колона в классическую эпоху подразумевали арендатора земли (мелкого фермера) , формально свободного, хотя экономически зависимого от землевладельца. Распространение мелкой земельной аренды было вызвано экономическим положением Римского государства. С прекращением завоевательных войн, дававших Риму огромные массы рабов, прилив рабской силы приостановился, а невыносимые условия, в которых содержались рабы, приводили к тому, что их смертность значительно превышала рождаемость. Рабской силы перестало хватать для обработки земли. Процветавшее в последние годы республики плантаторское хозяйство с рабским трудом перестало быть выгодным; римские землевладельцы стали предпочитать сдавать землю в аренду мелкими участками, нередко даже не за денежное вознаграждение, а за известную долю урожая (арендаторы-дольщики, coloni partiarii) и с возложением на арендатора также обязанности обрабатывать и землю собственника (“баранщина” ) . Эти мелкие арендаторы по маломощности своих хозяйств в большинстве случаев были вынуждены прибегать к займам у своих хозяев и оказывались в долговой от них зависимости. В период абсолютной монархии положение колонов осложнилось еще в связи с налоговой политикой императоров. Колоны были обложены натуральной податью, причем в налоговых документах они приписывались к соответствующим земельным участкам. 
Эти обстоятельства приводили к тому, что, с одной стороны, землевладелец зорко следил за тем, чтобы его неоплатный должник-арендатор на уходил с участка, а, с другой стороны, и государство было озабочено тем, чтобы земли не оставались без обработки и чтобы налоги с земли и подати с самого колона поступали исправно. На этой почве фактическое бесправие колонов стало превращаться в юридическое путем издания соответствующих постановлений. В IV в. н.э. закон запретил свободным арендаторам, сидящим на чужих землях, оставлять арендуемые участки, а землевладельцам было запрещено отчуждать свои земли отдельно от колонов, сидящих на них. В результате колоны из свободных (хотя бы формально юридически) людей превращаются в крепостных, в “рабов земли” . Колонат в этом смысле был зародышем феодализма. 
На положение крепостных переводились иногда покоренные народы, переселявшиеся на римскую территорию. В некоторых провинциях (например в Египте) подобного рода отношения были известны еще до завоевания этих провинций Римом. В колонат перерастало иногда также и пользование пекулием со стороны рабов, которые прикреплялись в этих случаях к земельным участкам. Последнее обстоятельство еще более стирало различия между рабом и крепостным колоном. Колон становится лицом хотя и свободным, но очень близким по социальному и юридическому положению к рабу. Колон становится связанным с землей, которую он сам по своей воле не может оставить и от которой не может быть оторван против своей воли. Колон имеет право вступить в брак, иметь собственное имущество. Но он прикреплен к земле, притом не только лично: дети его также становятся колонами. Подобно рабам колоны могли в отдельных случаях отпускаться на свободу, но это освобождение означало для них и “освобождение” от земельного участка, которым они кормились. 
7. Юридические лица. 
Римские юристы не разработали понятия юридического лица как особого субъекта, противопоставляемого лицу физическому, ввиду того, что отношения, на почве которых возникают юридические лица, в римской жизни были достаточно развиты. Тем не менее, уже в законах XII таблиц упоминались различные частные корпорации религиозного характера (collegia sodalicia) , профессиональные объединения ремесленников и т.п. С течением времени количество корпораций (как публичного характера, так и частного) росло. 
В древнереспубликанском праве еще не было имущества корпорации, это была общая собственность членов корпорации, но только неделимая, пока существовала корпорация. В случае прекращения корпорации имущество делилось между последним составом ее членов. Корпорация, как таковая, не могла выступать в гражданском процессе. 
Вместе с тем римские юристы стали обращать внимание на то, что в некоторых случаях имущество не принадлежит отдельным гражданам, а закрепляется за каким-то объединением в целом и отдельные его члены оказываются в отношении имущественных прав обособленными. Так, римский юрист Марциан замечает, что театры, ристалища и тому подобное имущество принадлежит самой общине как некоторому целому, а не отдельным ее членам, и если община имеет раба, то это не значит, что отдельные граждане (члены городской общины) имеют какую-то долю права на этого раба. Другой юрист (Алфен) приводил следующее сравнение. Время от времени на корабле приходится сменять то одну часть, то другую, и может наступить момент, когда все составные части корабля сменяются, а корабль будет все тот же. Так, утверждал Алфен, и в легионе одни выбывают, другие вновь вступают, а легион остается все тем же. Наконец, третий юрист (Ульпиан) говорил, что в корпоративном объединении (universitas) не имеет значения для бытия объединения, остаются ли в нем все время одни и те же члены, или только часть прежних, или все заменены новыми; долги объединения не являются долгами отдельных его членов, и права объединения ни в какой мере не принадлежат отдельным его членам. 
Таким образом, римские юристы отмечали тот факт, что в некоторых случаях права и обязанности принадлежат и не простым группам физических лиц (как это имеет место при договоре товарищества) , а целой организации, имеющей самостоятельное существование, независимо от составляющих ее физических лиц. Это последнее положение наглядно выражается при сравнении universitas или collegium (корпорации) с товариществом (societas) . Смерть одного из участников товарищества влечет прекращение товарищества; если даже оставшиеся товарищи будут продолжать то дело, для которого образовалось товарищество, это рассматривается юридически как молчаливое заключение нового товарищеского договора в ином составе. Напротив, смерть одного из членов universitas никакого влияния на существование universi-tas не какого влияния не оказывает (разве лишь убыль членов будет так велика, что не окажется необходимого по закону минимального числа членов) . Равным образом вступление новых членов в universitas нисколько не изменяет этого объединения, тогда как присоединение к членам товарищества нового лица означает образование нового товарищества. 
Есть еще одно различие: в товариществе у каждого из членов есть определенная доля в имуществе, которая при его выбытии выделяется ему; напротив, в universitas все имущество принадлежит самому объединению, и потому выбывающий член не имеет права требовать выделения какой-либо доли этого имущества. 
Название “юридическое лицо” римскому праву не было известно; новейшие исследования показали, что в латинском языке даже не было специального термина для обозначения учреждения. Римскими юристами была разработана и сущность этого явления. Они ограничиваются лишь признанием факта принадлежности прав различным организациям. Они сравнивали эти организации с человеком, с лицом физическим, и говорили, что организация действует personae vice (вместо лица, в качестве лица) , privatorum loco (вместо отдельных лиц, на положении от дельных лиц) . В этом можно видеть зародыш “теории фикции юридического лица” , появившейся в средние века и получившей распространение в зарубежной теории права. 
Отдельные примеры такого рода субъектов, встречающиеся в источниках: казна (республиканская - aerarium, императорская - fiscus) , муниципии, различные союзы лиц одной профессии (булочников, мясников, ремесленников и т.д.) , decuriae apparitorum (союз низших государственных служащих) , благотворительные учреждения и др. 
Возникновение юридических лиц. По законам XII таблиц допускалась почти полная свобода образования коллегий, ассоциаций и т.п. Члены подобного рода объединений были вольны принять для своей деятельности любое положение (устав) , лишь бы в нем не было ничего нарушающего публичные законы. Этот порядок свободного организования коллегий, заимствованный, по словам Гая, из законодательства Солона, т.е. из греческого права, просуществовал до конца республики. С переходом к монархии свободное образование коллегий стало возбуждать подозрение со стороны принцепсов и оказалось политически неприемлемым. Еще Юлий Цезарь, воспользовавшись в качестве повода некоторыми злоупотреблениями, имевшими место на почве свободного образования коллегий, запустил все корпорации, кроме возникших в древнейшую эпоху. После этого Август издал специальный закон, по которому ни одна корпорация (кроме религиозных и некоторых привилегированных, например похоронных товариществ) на могла возникнуть (с юридическим ее признанием) без предварительного разрешения сената и санкции императора (так называемая разрешительная система) . 
Прекращалось юридическое лицо с достижением цели его деятельности, распадением личного состава (классические юристы признавали в качестве минимального числа членов - три) , а также если деятельность организации принимала противозаконный характер. 
Правоспособность юридических лиц в Риме понималась несколько своеобразно по сравнению с современным ее пониманием. Например, юридическое лицо признавалось способным иметь права патроната, носившие почти семейный характер, и не считалось (за немногими исключениями) способными получать имущество по наследству и т.п. 
Дела юридического лица вели избиравшиеся для этой цели (на основании устава) физические лица (по современной терминологии - органы юридического лица) , например в благотворительных учреждениях - oeconomus, в городских общинах actor. 
Литература: 
1. И. Б. Новицкий “Римское право” Ассоциация “Гуманитарное знание” , Москва 1995 
2. А. И. Косарев “Основы Римского права” Учебное пособие для студентов юридических вузов и факультетов, Москва 1995 
3. И. С. Петерский, И. Б. Новицкий “Частное римское право” “Юрист” , Москва 1994