ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ЖИЗНИ
  
ПЛАН РАБОТЫ 
1. Убийство без отягчающих и смягчающих обстоятельств. Практика Верховного Суда РФ. 
2.   Убийство матерью новорождённого ребёнка. Практика Верховного Суда РФ. 
3.   Убийство, совершённое в состоянии аффекта. Практика Верховного Суда РФ. 
4.   Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны. Практика Верховного Суда РФ. 
5.   Причинение смерти по неосторожности. Практика Верховного Суда РФ. 
6.   Доведение до самоубийства. Практика Верховного Суда РФ. 
  
Особенная часть нового Уголовного кодекса Российской Федерации открывается разделом VII “Преступления против личности” . Глава 16 Особенной части посвящена преступлениям против жизни и здоровья. Рассмотрим некоторые из них: Статья 105 нового УК состоит из двух частей. В ч. 1 речь идет об убийстве без отягчающих и без смягчающих обстоятельств, т.е. о так называемом простом убийстве. В ч. 2 указаны обстоятельства, отягчающие убийство. В УК РСФСР эти виды убийства были в самостоятельных статьях, причем статья об убийстве при отягчающих обстоятельствах предшествовала статье об убийстве, совершенном без отягчающих обстоятельств. 
По новому УК к убийству относится умышленное причинение смерти другому человеку. Следовательно, причинение смерти по неосторожности не может относиться к убийству. В связи с этим во всех случаях, когда в настоящей курсовой говорится об убийстве, имеется в виду умышленное убийство. 
Убийство - это предусмотренное Особенной частью Уголовного кодекса виновное деяние, посягающее на жизнь другого человека и причиняющее ему смерть. 
Объектом убийства является жизнь человека, которая состоит не только из биологических процессов, но и включает общественные отношения, обеспечивающие жизнедеятельность человека и охраняющие его жизнь. Началом жизни считается появление плода во время родов. Поэтому лишение ребенка жизни в этот момент и позднее является убийством. 
Убийство должно четко отграничиваться от других видов насильственной смерти: самоубийства и несчастного случая, ответственность за которые законом не предусмотрена. 
Уголовно-правовой охране по российскому уголовному закону в равной мере подлежит жизнь любого человека независимо от возраста, физических данных и моральных качеств. Ошибка в личности потерпевшего не влияет на наступление ответственности за умышленное убийство. 
Убийством может быть признано деяние, совершенное как путем действия, так и бездействия. Чаще всего это действие, направленное на нарушение функций или анатомической целости жизненно важных органов другого человека. Оно совершается путем физических действий (применение огнестрельного оружия, нанесение ран, утопление, удушение, отравление, сбрасывание с высоты и т.п.) или психического воздействия. Например, причинение психической травмы, окончившейся смертью лица, страдавшего тяжелым заболеванием сердца, должно рассматриваться как убийство при наличии у виновного цели лишить потерпевшего жизни. Подговор к самоубийству лица, не осознающего значения этого акта, а также создание обстановки "безысходности" для другого лица при наличии прямого умысла на то, чтобы оно покончило с собой, также образуют признаки убийства. 
Убийство бездействием имеет место, например, в тех случаях, когда виновным не выполняется обязанность особо заботиться о потерпевшем или совершать действия, предотвращающие наступление смерти (например, мать перестает кормить ребенка или сигнальщик не предупреждает потерпевшего, находящегося в опасной зоне, о начале взрывных работ) . Разумеется, виновный в этих случаях должен иметь реальную возможность для выполнения возложенных на него обязанностей. 
Обязательным условием наступления ответственности за убийство является причинная связь между действием или бездействием виновного и наступившими последствиями. Уголовно-правовая наука исходит из того, что, устанавливая причинную связь по делам об убийстве, необходимо иметь в виду следующее: а) причинная связь устанавливается между наступлением смерти и не только непосредственными телодвижениями преступника, но и действиями различных механизмов, стихийных сил природы, животных и т.п., которые были использованы убийцей для причинения смерти другому человеку; б) действия субъекта признаются причиной смерти только в том случае, если они явились необходимым для лишения жизни потерпевшего условием, при отсутствии которого смерть не могла наступить; в) действия лица, являющиеся необходимым условием наступления преступного результата, могут считаться причиной смерти только в случае, если результат вытекал с необходимостью из этих действий, а не явился порождением случайного стечения обстоятельств, лишь внешне связанных с ними. 
В случаях привлечения к уголовной ответственности за умышленное убийство нескольких лиц должны быть исследованы степень и характер участия в преступлении каждого из них. При этом исполнителями преступления следует признавать тех лиц, которые действовали совместно, с умыслом, направленным на совершение убийства, и непосредственно участвовали в самом процессе лишения жизни потерпевшего (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 1992 г. "О судебной практике по делам об умышленных убийствах". - Бюл. ВС РФ, 1993, N 2, с. 3 - 6) . 
Субъективную сторону убийства составляют признаки, характеризующие психическое отношение виновного к своим действиям и наступившей смерти потерпевшего. Убийство относится к числу преступлений, которые могут быть совершены только умышленно как с прямым, так и с косвенным умыслом при условии, если лицо осознавало, что его действие (или бездействие) может привести к смерти потерпевшего, желало или сознательно допускало ее наступление либо безразлично относилось к наступлению такого последствия. При решении вопроса о содержании умысла виновного необходимо исходить из совокупности всех обстоятельств совершенного преступления, в частности учитывать предшествующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения, причины прекращения преступных действий виновного, способы и орудия преступления, а также характер ранений, например, в жизненно важные органы тела и т.д. 
Разграничение прямого и косвенного умысла при убийстве имеет значение для индивидуализации ответственности и отграничения этого преступления от других преступлений. Это относится, например, к квалификации покушения на убийство. Наличие косвенного умысла исключает такую квалификацию, преступление в этом случае получает юридическую оценку по фактически наступившим последствиям. Пленум Верховного Суда РФ в п. 3 постановления от 22 декабря 1992 г. "О судебной практике по делам об умышленных убийствах" разъяснил, что покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом (Бюл. ВС РФ, 1993, N 2, с. 3 - 6) . 
В число обстоятельств, характеризующих субъективную сторону убийства, могут входить также такие признаки, как мотив, цель и эмоциональное состояние виновного в момент совершения преступления. Это факультативные признаки субъективной стороны убийства. В тех случаях, когда их установление необходимо, они могут иметь решающее значение, как для квалификации преступления, так и для назначения наказания виновному. 
Субъектом убийства может быть лицо, достигшее к моменту совершения преступления 14 лет (ст. ст. 19 и 20 УК) . Подростки, достигшие 14-летнего возраста, несут ответственность за приготовление к убийству, покушение на его совершение и за соучастие в нем. Данные, характеризующие личность субъекта убийства, при определенных условиях могут оказывать влияние на степень его ответственности за совершенное преступление. Закон называет некоторые признаки субъекта, имеющие значение для квалификации совершенного им убийства. Так, убийство, совершенное неоднократно, влечет квалификацию по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК. Эти данные могут иметь существенное значение и для назначения наказания. 
Убийство, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК, является основным составом данного вида преступлений: с этой нормы начинается глава о преступлениях против жизни и здоровья и в ней содержится определение понятия убийства. Что касается признаков данного убийства, то существенным является то, что оно не должно относиться к убийствам, предусмотренным ч. 2 ст. 105 УК и ст. ст. 106 - 108 УК и содержащим признаки, исключающие применение ч. 1 ст. 105 УК. Каких-либо особых признаков, указывающих на необходимость применения нормы ч. 1 ст. 105 УК, кроме общих признаков убийства, о которых уже говорилось, данная норма не содержит. 
К числу убийств, квалифицируемых по ч. 1 ст. 105 УК, практика относит чаще всего: убийства из ревности; из мести, возникшей на почве личных отношений; в ссоре или драке; в результате неправомерного применения оружия представителем власти либо сторожем при неисполнении потерпевшим законных требований; из сострадания по просьбе потерпевшего; лица, ошибочно принятого за нападающего при отсутствии признаков необходимой обороны (из трусости) ; когда мотив убийства не установлен и т.п. Эти обстоятельства не имеют самостоятельного значения для квалификации, они лишь ориентируют на применение ч. 1 ст. 105 УК (при отсутствии отягчающих и смягчающих обстоятельств) . 
Убийство из ревности, как правило, совершается в связи с действительной или мнимой изменой, отказом от сожительства, нарушением обещания выйти замуж или жениться. Убийство из ревности необходимо отграничивать от убийства из хулиганских побуждений, когда ревность используется виновным лишь как предлог для скандалов, издевательств и последующего убийства потерпевшей. Потерпевшая в таких случаях зачастую вообще не давала никаких поводов для ревности. В подобных ситуациях важно выяснить, какой мотив был доминирующим, определяющим поведение виновного. 
Убийство из мести на почве личных отношений возможно в связи с самыми различными поступками потерпевшего, относящимися как к правомерным, так и противоправным действиям, совершенным непосредственно перед убийством или когда-то в прошлом. Убийство из мести необходимо отграничивать от убийства из хулиганских побуждений, когда предлогом для убийства избирается какой-либо малозначительный поступок потерпевшего (например, отказ дать прикурить, поделиться спиртными напитками) . 
Представляется, что по ч. 1 ст. 105 УК следует квалифицировать убийства, по которым мотив убийства не установлен. Такие убийства иногда относятся к убийствам из хулиганских побуждений. Однако при не установлении мотива и при отсутствии других обстоятельств, влияющих на квалификацию, эти убийства в действительности должны относиться к преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 105 УК. Ведь если не выяснен мотив преступления, значит, не установлены и хулиганские побуждения. 
Умышленное убийство из ревности, мести и других побуждений, возникших на почве личных отношений, независимо от того, где оно совершено (например, на улице, в парке или ином общественном месте) , не должно квалифицироваться как убийство из хулиганских побуждений. В таких случаях, необходимо установить, что мотивы, которыми руководствовался виновный, возникли на почве личных отношений и несовместимы с хулиганскими побуждениями. Факт ссоры или драки при убийстве не влечет сам по себе применения ст. 105 УК. Для квалификации убийства, совершенного в ссоре или драке, не имеет значения, кто (потерпевший или виновный) явился ее зачинщиком, а равно была ли драка обоюдной. Установление указанных обстоятельств не устраняет факта совершения убийства при отягчающих или смягчающих обстоятельствах, и только при отсутствии этих обстоятельств убийство, совершенное в ссоре или драке, подлежит квалификации по ч. 1 ст. 105 УК. 
Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. не выделял убийство матерью новорождённого ребёнка в самостоятельный состав. Такое преступление рассматривалось как убийство, совершенное без отягчающих и без смягчающих обстоятельств. Выделение его в самостоятельный состав убийства при смягчающих обстоятельствах является вполне обоснованным. 
При анализе данной статьи УК необходимо выделять две ситуации: 1) когда убийство совершается во время или сразу же после родов. Именно состояние женщины во время родов оказывается смягчающим обстоятельством; 2) когда роды миновали, но сложилась или продолжается с момента родов психотравмирующая ситуация или имеет место состояние психического расстройства, которое не исключает вменяемость. Здесь имеются в виду психические аномалии, свидетельствующие об ограниченности вменяемости (ст. 22 УК) , которая в данном случае оказывается обстоятельством, влияющим на квалификацию преступления. 
В законе нет ответа на вопрос: можно ли отнести к такому убийству лишение жизни младенца до начала его дыхания или даже до появления на свет? К рассматриваемому виду убийства следует относить не только убийство новорожденного после отделения плода от тела матери и начала самостоятельной жизни, но и убийство ребенка, не начавшего самостоятельной внеутробной жизни, например, нанесение смертельной раны в голову рождающемуся ребенку еще до момента начала дыхания. В данном случае мать, причиняя смерть рождающемуся ребенку, осознает, что ее действия направлены на лишение жизни человека, а не на прерывание беременности. Они могут быть совершены как с прямым, так и с косвенным умыслом. Неосторожное причинение смерти во время родов не влечет ответственности по ст. 106 УК. 
Если исходить из диспозиции данной статьи, то она ограничивает совершение данного преступления небольшим промежутком времени, который подлежит определению в каждом конкретном случае. От этого будет зависеть разграничение рассматриваемых преступлений, предусмотренных статьями 106 и ч. 1 ст. 105 УК. В тех случаях, когда мать предприняла меры к спасению жизни ребенка, а потом убила его, такое убийство нельзя считать совершенным сразу же после родов. Поэтому и не следует относить его к убийству матерью новорожденного ребенка. 
Субъектом преступления, предусмотренного ст. 106 УК, может быть только мать ребенка, достигшая 16 лет. 
В отличие от ст. 104 УК 1960 г., ст. 107 (Убийство, совершённое в состоянии аффекта) УК содержит две части. В ч. 1, являющейся как бы аналогом упомянутой ст. 104, речь идет не только о действиях потерпевшего, но и о его бездействии, при этом существенно уточняется характер поведения потерпевшего, которое может вызвать состояние сильного душевного волнения. Как видно из текста закона, в нем дана более точная характеристика виктимности потерпевшего, который, по существу, своим поведением провоцирует совершение виновным преступления в состоянии сильного душевного волнения. Кроме того, в новом УК отсутствует имевшееся в ст. 104 УК РСФСР условие признания наличия сильного душевного волнения: "если эти действия (потерпевшего) повлекли или могли повлечь тяжкие последствия для виновного или его близких". Из этого возможны два вывода: 1) важен лишь сам факт провоцирующего поведения потерпевшего и 2) сильное душевное волнение может быть признано наличным безусловно, когда провоцирующие действия потерпевшего направлены против самого виновного. 
По мнению ряда специалистов, провоцирующие действия потерпевшего, когда они направлены и против близких виновного, также могут вызвать у него сильное душевное волнение. Надо иметь в виду, что в ч. 1 ст. 107 УК теперь не упоминаются прямо не только близкие виновного, но и сам виновный. Необходимо также отметить, что ч. 2 этой статьи предусматривает ответственность за убийство в состоянии аффекта двух и более лиц. В УК РСФСР такой нормы не было. 
Внезапно возникшее сильное душевное волнение - физиологический аффект, представляющий кратковременную интенсивную эмоциональную вспышку, которая занимает господствующее положение в сознании при сохранении способности к самообладанию и возможности действовать в связи с поводом, вызвавшим аффективную реакцию. 
Из ч. 1 ст. 107 УК вытекает, что насилие (как физическое, так и психическое) , а равно тяжкое оскорбление, вызывающие состояние сильного душевного волнения, должны быть по своему характеру противозаконными. 
Физическое насилие состоит в причинении побоев, телесных повреждений, лишении свободы с применением физической силы, связывании и тому подобных действиях. 
Психическое насилие выражается в угрозе причинить физическое насилие, огласить заведомо клеветнические, позорящие сведения и тому подобных действиях. 
Издевательство - это чаще всего те же насильственные действия, если они характеризуются цинизмом и растянуты во времени. 
Насилие и издевательство могут проявляться в психическом давлении и в угрозах расправой или оглашением каких-либо существующих или вымышленных сведений, компрометирующих виновного либо других лиц, в судьбе которых он заинтересован. 
Под тяжким оскорблением следует понимать грубое унижение чести и достоинства личности, которое по обстоятельствам явилось достаточным поводом для возникновения сильного душевного волнения. Признание оскорбления тяжким зависит от конкретной ситуации и индивидуальных особенностей виновного в убийстве (болезненное состояние, беременность и т.д.) . Для правильного решения вопроса, являлось ли оскорбление тяжким, должны быть исследованы все обстоятельства дела в их совокупности (Бюл. ВС СССР, 1967, N 6, с. 38) . 
Противоправными и аморальными являются такие действия потерпевшего, которые грубо нарушают нормы права, например, право собственности или право пользования, моральные нормы, например, обман в семье, предательство близкого друга, "подсиживание" на работе. 
Бездействие потерпевшего, о котором говорится в ч. 1 ст. 107 УК, должно, как и рассмотренные действия, носить издевательский, циничный, глубоко оскорбительный для виновного в убийстве характер, способный по обстоятельствам происшествия вызвать сильное душевное волнение. Оно возможно и в условиях психотравмирующей ситуации. 
Как следует из ч. 1 ст. 107 УК, действия и бездействие потерпевшего могут быть неожиданными для виновного, но могут и постепенно накапливать напряженность между ними в результате создания потерпевшим психотравмирующей ситуации. Когда "чаша терпения" переполняется, возникает сильное душевное волнение, которое может повлечь убийство. Однако важно подчеркнуть, что для всех случаев поведения потерпевшего в момент убийства сильное душевное волнение должно возникнуть у виновного внезапно, как внезапно должен возникнуть и умысел на убийство. 
Для применения ч. 1 ст. 107 УК необходимо установить, что внезапно возникший умысел приведен в исполнение немедленно. Если же умысел на убийство, внезапно возникший вследствие насилия, оскорбления или иных действий потерпевшего, был осуществлен не немедленно, а после какого-то промежутка времени, в течение которого у виновного была реальная возможность "одуматься", убийство не может признаваться совершенным в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения. Следовательно, при установлении более или менее значительного разрыва во времени между насилием, тяжким оскорблением или иными противозаконными действиями потерпевшего и возникновением сильного душевного волнения, между возникновением сильного душевного волнения и возникновением умысла на убийство, между возникновением умысла на убийство и его реализацией применяется не ст. 107, а ч. 1 ст. 105 УК (при отсутствии отягчающих обстоятельств, указанных в ч. 2 ст. 105 УК) . 
Внезапность возникновения сильного душевного волнения определяется в результате анализа совокупности поведения потерпевшего и действий виновного, которые соответственно характеризуются: неожиданностью насилия, тяжкого оскорбления или иных противозаконных действий со стороны потерпевшего и ответной реакцией на них виновного в пределах состояния душевного волнения. 
Если же виновный, причиняя смерть потерпевшему, действовал в состоянии сильного душевного волнения, которое возникло в результате противозаконного поведения потерпевшего в отношении посторонних лиц, а не в отношении виновного, применение ст. 107 УК исключается. О применении ч. 1 ст. 107 УК, когда потерпевший спровоцировал убийство деянием, направленным против близких виновного. 
Умысел при убийстве в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения может быть как прямым, так и косвенным. 
Субъектом преступления, предусмотренного ст. 107 УК, может быть лицо, достигшее 16 лет. 
Включение в ст. 107 УК части второй об убийстве в состоянии аффекта двух и более лиц дает основания для вывода о том, что применение в таких случаях п. "а" ч. 2 ст. 105 УК об убийстве двух и более лиц как обстоятельства, отягчающего убийство, исключается. Из этого следует сделать вывод о том, что и в других случаях совершения убийства в состоянии сильного душевного волнения (например, при наличии в убийстве также признаков, указанных в пп. "г", "д", "е", "н" ч. 2 ст. 105 УК) убийство должно квалифицироваться по ч. 1 ст. 107 УК как совершенное при смягчающих обстоятельствах. 
Об убийстве, совершенном при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление говорится в статье 108 УК. По существу речь идет о двух самостоятельных преступлениях, имеющих сходство по объекту посягательства - жизни человека и обстоятельствам, смягчающим ответственность, и поэтому объединенных в одной статье. УК не содержал нормы об ответственности за убийство при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. 
В ст. ст. 37 и 38 УК говорится о том, что превышением пределов необходимой обороны и превышением мер при задержании признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства или являющиеся явно чрезмерными. Из этих общих положений следуют два принципиальных вывода: 1) убийство, предусмотренное ч. 1 или ч. 2 ст. 108 УК, является преступлением умышленным, хотя в ст. 108 УК по-прежнему форма вины не определена; 2) следователи и судьи ориентированы при выяснении обстоятельств такого убийства на сопоставление действий виновного и нападавшего или задерживаемого (оказавшегося потерпевшим) по характеру и степени общественной опасности и обстановке происшествия. 
Действия, совершенные в состоянии необходимой обороны, в том числе и лишение жизни нападавшего, не влекут уголовной ответственности. Для применения ч. 1 ст. 108 УК должно быть установлено, что состояние необходимой обороны действительно имело место, но были превышены ее пределы. 
Убийство может быть квалифицировано по ч. 1 ст. 108 УК, когда: а) оно совершено в течение начавшегося и продолжающегося общественно опасного посягательства либо по его окончании, если для обороняющегося лица не был ясен момент окончания посягательства; б) обороняющееся лицо осознает, что посягательство окончилось, но, находясь под его впечатлением, причиняет нападающему смерть; в этом случае применение средств защиты должно быть ограничено мгновенными ответными действиями. 
Пределы необходимой обороны могут быть признаны превышенными в связи с несоразмерностью средств защиты и нападения, включая интенсивность действий сторон, ценность защищаемого блага и характер наступивших последствий, равно как и в связи с запоздалой, но соразмерной окончившемуся нападению защитой. 
При рассмотрении вопроса о превышении пределов необходимой обороны в связи с несоразмерностью средств защиты, помимо обстоятельств, указанных выше, следует учитывать: соотношение сил нападающего и обороняющегося, количество нападающих, место совершения нападения, обстановку нападения в целом. Все обстоятельства посягательства подлежат всестороннему анализу и оценке в их совокупности. 
В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. "О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств" было разъяснено, что состояние необходимой обороны возникает не только в момент общественно опасного посягательства, но и при наличии реальной угрозы нападения. Состояние необходимой обороны может иметь место и тогда, когда защита последовала непосредственно за актом оконченного посягательства, если по обстоятельствам дела для обороняющегося не был ясен момент его окончания. Переход оружия или других предметов, использованных при нападении, от посягавшего к обороняющемуся сам по себе не может свидетельствовать об окончании посягательства. В то же время действия обороняющегося не могут считаться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред причинен после того, как посягательство было предотвращено или окончено и в применении средств защиты явно отпала необходимость. В этих случаях ответственность должна наступать на общих основаниях (Бюл. ВС СССР, 1984, N 5, с. 10) . 
Представляется, что сохранило практическое значение и указание Пленума Верховного Суда СССР о том, что, разрешая вопрос о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны, суды не должны механически исходить из требования соразмерности средств защиты и средств нападения, а также соразмерности интенсивности защиты и нападения, а должны учитывать как степень и характер опасности, угрожавшей обороняющемуся, так и его силы и возможности по отражению нападения (количество нападавших и оборонявшихся, их возраст, физическое состояние, наличие оружия, место и время посягательства и другие обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и защищавшегося) . При решении этого вопроса необходимо учитывать то обстоятельство, что в случаях душевного волнения, вызванного нападением, его внезапностью, обороняющийся не всегда в состоянии точно взвесить характер опасности и избрать соразмерные средства защиты, что, естественно, может иногда повлечь и более тяжкие последствия, за которые он не может нести ответственность (Бюл. ВС СССР, 1970, N 1, с. 18) . 
Ограничение права гражданина на оборону от преступного посягательства по тем мотивам, что им не использована возможность обращаться за помощью к другим лицам, спастись бегством и т.п., противоречит закону (Бюл. ВС СССР, 1980, N 2, с. 14) . 
Пленум Верховного Суда РФ в п. 15 постановления от 22 декабря 1992 г. указал, что не должно квалифицироваться как совершенное при отягчающих обстоятельствах убийство с превышением пределов необходимой обороны: двух или более лиц; женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности; совершенное с особой жестокостью; способом, опасным для жизни многих людей; совершенное лицом, ранее совершившим умышленное убийство (Бюл. ВС РФ, 1993, N 2, с. 3 - 6) . 
Убийство квалифицируется не по ч. 1 ст. 108 УК, а по ст. 105 УК в тех случаях, когда миновало состояние необходимой обороны, отсутствовало состояние аффекта и установлены обстоятельства, отягчающие умышленное убийство. 
Убийство квалифицируется не по ч. 1 ст. 108, а по ч. 1 ст. 105 УК в тех случаях, когда установлено, что состояние необходимой обороны миновало и отсутствовали обстоятельства, отягчающие убийство, когда насилие, в ответ на которое применены средства защиты, по своему характеру исключало состояние необходимой обороны, когда виновный руководствовался не мотивом необходимости защиты, а мотивом мести. 
Убийство в драке само по себе не исключает возможности квалифицировать его как совершенное при превышении пределов необходимой обороны. Если во время драки лицо, подвергшееся угрожавшему его жизни или здоровью нападению, действовало с целью защиты от этого нападения, необходимо установить, было ли действительно состояние необходимой обороны, превышены ли ее пределы. 
Убийство квалифицируется не по ст. 108, а по ст. 107 применительно к тем случаям, когда посягательство окончилось, но лицо, подвергшееся нападению, находилось в состоянии сильного душевного волнения; когда насилие по своему характеру исключало состояние необходимой обороны; когда виновный руководствовался не мотивом (целью) необходимости защиты, а мотивом гнева, вызванного сильным душевным волнением. 
По ст. 108 не могут квалифицироваться убийства, совершенные при помощи так называемых предупредительных мер (например, обматывание забора проводами, через которые пропускается электрический ток) с целью охраны собственности от "возможных воров". Такие убийства подлежат квалификации в зависимости о конкретных обстоятельств как убийство без отягчающих и без смягчающих обстоятельств или при отягчающих обстоятельствах либо как неосторожное убийство (Бюл. ВС СССР, 1969, N 1, с. 22 - 24) . 
Мнимая оборона исключает уголовную ответственность лишь в тех случаях, когда обстановка происшествия давала лицу, применившему средства защиты, достаточные основания полагать, что имело место реальное посягательство, и оно не сознавало ошибочности своего предположения. В постановлении Пленума Верховного Суда СССР по одному из дел указывается, что мнимая оборона предполагает одно обязательное условие: если необходимая оборона - наличие реального посягательства, то мнимая оборона совершение действий, принятых за посягательство (Бюл. ВС СССР, 1971, N 2, с. 22) . Исходя из этого принципиального подхода, было подчеркнуто, что если при мнимой обороне лицо причинило потерпевшему вред, явно превышающий пределы допустимого вреда в условиях соответствующего реального посягательства, оно подлежит ответственности за превышение пределов необходимой обороны (Бюл. ВС СССР, 1970, N 1, с. 19) . 
Формулировка ч. 2 ст. 108 УК "при превышении мер, необходимых для задержания" сама по себе мало что говорит, но из нее следует, что, применяя средства, которые повлекут смерть, лицо, осуществляющее задержание, по обстоятельствам задержания должно сознавать, что иного выхода нет. Субъективное мнение этого лица о необходимости крайних мер должно согласоваться с характером совершенного посягательства, личностью преступника и с обстановкой, в которой происходит задержание. 
При анализе обстоятельств, при которых может возникнуть вопрос о применении ч. 2 ст. 108 УК, прежде всего, необходимо различать две группы обстоятельств: 1) когда при задержании не могут быть применены меры, сопряженные с возможностью причинения смерти; 2) когда при задержании могут применяться такие меры. 
Очевидно, что при обстоятельствах, отнесенных к первой группе, нельзя говорить о превышении мер, необходимых для задержания. Ответственность за причинение смерти в таких случаях должна наступать на общих основаниях. 
При обстоятельствах, отнесенных ко второй группе, возможны три ситуации: а) преступник пытается скрыться (убегает, уезжает и т.п.) ; б) оказывает сопротивление; в) не оказывает сопротивления и не пытается скрыться. 
При первой ситуации причинение смерти преступнику, совершившему тяжкое или особо тяжкое преступление, было бы правомерным, когда его задержание невозможно путем причинения менее тяжкого вреда. Если же такая возможность имелась, представляется, что ответственность должна наступить по ч. 2 ст. 108 УК. 
Если смерть причинена задержанному лицу при оказании сопротивления (вторая ситуация) , ответственность может наступить как по ч. 1, так и по ч. 2 ст. 108 УК, но ее может и не быть в зависимости от условий и обстановки задержания. 
При третьей ситуации ответственность должна наступить за убийство по общим правилам квалификации этих преступлений. 
Субъектом преступлений, предусмотренных ст. 108 УК, может быть лицо, достигшее 16 лет. 
Должностные лица правоохранительных органов, а также военнослужащие за убийство при превышении пределов необходимой обороны и при превышении мер, необходимых для задержания, несут ответственность независимо от того, действовали ли они при исполнении служебных обязанностей. 
Причинение смерти по неосторожности новый УК исключил из категории убийств, что, разумеется, не повлияло на его место среди посягательств на жизнь человека.. 
Смерть по неосторожности может быть причинена как по легкомыслию, когда лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия) , но без достаточных к тому оснований рассчитывало на их предотвращение, так и по небрежности, когда лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия) , но при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло их предвидеть. 
Причинение смерти по легкомыслию, по общему правилу, представляет большую общественную опасность, чем причинение смерти по небрежности. 
Судебная практика свидетельствует о том, что суды не всегда разграничивают умышленное убийство и причинение смерти по неосторожности. Чаще других необоснованно признается умышленным убийством причинение смерти по неосторожности, причем сознание виновным фактической стороны своих действий ошибочно признается свидетельством предвидения смерти потерпевшего. Эти выводы делаются без глубокого анализа субъективной стороны преступления, без учета конкретных обстоятельств дела, взаимоотношений потерпевшего и виновного, их намерений и всей обстановки происшедшего (Постановления и определения Верховного Суда РСФСР, 1981 - 1988. М., 1989, с. 170) . 
Преступные действия, повлекшие смерть потерпевшего, могут расцениваться как совершенные по неосторожности лишь в том случае, когда виновный не имел умысла ни на причинение смерти потерпевшему, ни на причинение ему тяжкого телесного повреждения (Сборник постановлений и определений ВС РСФСР, 1974, с. 285) . 
Причинение смерти потерпевшему путем нанесения побоев или телесных повреждений, а равно наступление смерти потерпевшего в результате удара его о твердый предмет при падении от толчка или побоев, нанесенных виновным, квалифицируется как причинение смерти по неосторожности при условии, если действия совершены виновным без умысла на убийство или на причинение тяжкого телесного повреждения, когда установлено, что он по обстоятельствам дела мог и должен был предвидеть наступившие последствия. 
Причинение смерти в результате легкомыслия подлежит отграничению от убийства с косвенным умыслом. При этом необходимо учитывать, что: 1) при легкомыслии виновный предвидит лишь возможность наступления смерти в аналогичных случаях; при косвенном умысле виновный предвидит также и вероятность наступления смерти в данном случае; 2) при легкомыслии виновный надеется на предотвращение смерти потерпевшего; при косвенном умысле виновный, не принимая никаких мер к предотвращению смерти потерпевшего, не желает, но сознательно допускает ее наступление либо относится к этому безразлично. 
Причинение смерти по неосторожности необходимо отграничивать от случайного причинения смерти. Ответственность за причинение смерти исключается: 1) если лицо предвидело возможность причинения смерти другому человеку и, не желая этого, предприняло все необходимые, по его мнению, меры для предотвращения наступления смерти, но смерть наступила по не зависящим от него причинам; 2) если лицо не предвидело, не могло и не должно было предвидеть наступления смерти другого человека (Бюл. ВС РСФСР, 1975, N 3, с. 10) . В последнем случае сочетание объективного (должен был) и субъективного (мог) критериев при оценке конкретного деяния позволяет прийти к правильному выводу о разграничении причинения смерти по небрежности и случайного причинения смерти. 
Причинение смерти по неосторожности как самостоятельное преступление должно отграничиваться от других преступлений, которые сопряжены с причинением смерти человеку по неосторожности: при умышленном причинении вреда здоровью (ст. 111 УК) , при незаконном производстве аборта (ст. 123 УК) , неоказании помощи больному (ст. 124 УК) , похищении человека (ст. 126 УК) , незаконном лишении свободы (ст. 127 УК) и др. В таких случаях основным критерием отграничения является то, что помимо причинения смерти по неосторожности совершаются иные действия (бездействие) , посягающие на другой объект. Здесь речь идет и об ответственности за преступление, которое может быть совершено с двумя формами вины. 
Профессиональные обязанности (правила) могут быть установлены законом, другим нормативным актом, утверждены администрацией данного предприятия, установлены государственным стандартом (типовые правила техники безопасности) и т.п. При привлечении лица к уголовной ответственности за причинение смерти человеку по неосторожности в результате нарушения профессиональных обязанностей должно быть установлено, что данное лицо знало эти обязанности и было предупреждено об опасности их нарушения. Наличия диплома или свидетельства по специальности для наступления уголовной ответственности при работе с источником повышенной опасности, недостаточно. Если не установлено, что лицо знало свои профессиональные обязанности, ответственность должна наступать для руководителей такого лица. 
Представляется, что профессиональные обязанности могут быть нарушены как по легкомыслию, так и по неосторожности. Субъектом причинения смерти по неосторожности может быть лицо, достигшее 16 лет. 
Статья 110 Уголовного Кодекса РФ раскрывает состав преступления – доведение до самоубийства. Характерно, что существенное отличие ст. 110 УК от ст. 107 УК РСФСР 1960 г. состоит в том, что в новом законе отсутствует такое условие уголовной ответственности, как нахождение лица, покончившего с собой, в материальной или иной зависимости от виновного. Тем самым сфера применения данной статьи расширена в интересах защиты жизни граждан. Прежний УК позволял в ряде случаев, например, злостным клеветникам, уклоняться от уголовной ответственности за доведение до самоубийства. В то же время надо подчеркнуть, что отсутствие в ст. 110 УК данного условия наступления уголовной ответственности не освобождает следователей и судей от всестороннего анализа отношений между лицом, покончившим с собой, и обвиняемым. Такой анализ существенно дополнит исследование признаков данного преступления, указанных в законе, и будет способствовать сокращению случаев необоснованного привлечения к уголовной ответственности. 
Доведение до самоубийства это преступление особого рода. В нем последствия наступают непосредственно в результате действий самого потерпевшего, который вынуждается виновным к самоубийству. Именно анализ действий потерпевшего позволяет выяснить, намерен ли он был совершить самоубийство. При незавершенном самоубийстве анализ действий потерпевшего позволяет отграничить самоубийство от убийства. 
Закон не выделяет каких-либо особенностей личности потерпевшего при доведении до самоубийства. Однако если это преступление совершено в отношении несовершеннолетнего, общественная опасность содеянного возрастает, и суд должен данное обстоятельство учесть при назначении наказания. 
Доведение до самоубийства состоит в совершении виновным действий, указанных в ст. 110 УК, в результате которых потерпевший решился лишить себя жизни. 
Для наступления ответственности по ст. 110 УК необходимо, чтобы угрозы, жестокое обращение или систематическое унижение человеческого достоинства привели к самоубийству или покушению на него. Действия потерпевшего, которые ограничивались приготовлением к самоубийству или высказыванием намерения совершить самоубийство, не имеют самостоятельного уголовно-правового значения, поскольку закон не включает их в число последствий данного преступления. Лицо, виновное в угрозах, жестоком обращении или систематическом унижении человеческого достоинства, несет уголовную ответственность только при условии, что эти действия составляют самостоятельный состав преступления. 
Доведение до самоубийства, как правило, осуществляется активными действиями виновного в отношении потерпевшего, которые состоят в угрозах расправиться, в истязаниях, телесных повреждениях, нанесении побоев, незаконном лишении свободы, распространении клеветнических измышлений, издевательствах, оскорблениях и т.п. Однако доведение до самоубийства может быть совершено и бездействием, например, непредоставлением питания, одежды, жилья лицом, которое обязано по закону заботиться о потерпевшем. При этом жестокое обращение и унижение человеческого достоинства могут сочетаться. Во всяком случае, жестокое обращение одновременно является и унижением человеческого достоинства. 
Следует подчеркнуть, что закон требует систематичности действий виновного при унижении человеческого достоинства. Эти действия могут состоять, например, в распространении клеветы, оскорблениях, травле, направленных против лица, покончившего с собой. Единичный случай оскорбления или клеветы, по общему правилу, недостаточен для привлечения лица к уголовной ответственности за доведение до самоубийства. В то же время единичный случай жестокости как признака преступления, приведший к самоубийству потерпевшего, может оказаться достаточным для наступления уголовной ответственности по ст. 110 УК, поскольку здесь при проявлении жестокости признак систематичности не является обязательным. 
В тех случаях, когда самоубийство явилось следствием неблагоприятной обстановки, сложившейся для потерпевшего в результате действий должностного или иного лица, совершенных в соответствии с законом, уголовная ответственность такого лица по ст. 110 УК исключается. 
Характер действий потерпевшего при доведении до самоубийства позволяет также судить о наличии или отсутствии причинной связи между действиями виновного и самоубийством. Такие действия являются звеном в причинной связи данного преступления. При этом в любом случае должно быть установлено, что самоубийство или покушение на него последовали в результате действий, совершенных лицом, обвиняемым в доведении до самоубийства. 
Субъективная сторона доведения до самоубийства характеризуется неосторожностью или косвенным умыслом по отношению к преступному результату. 
Виновный, поставивший цель довести потерпевшего до самоубийства и создающий для ее достижения невыносимые условия жизни, при которых потерпевший вынужден покончить с собой, совершает умышленное убийство. То обстоятельство, что лишение жизни физически выполняется руками самого потерпевшего, а не субъекта преступления, для юридической оценки содеянного не имеет значения. 
Ответственность за доведение до самоубийства наступает только в том случае, если самоубийство или покушение на него совершены потерпевшим умышленно, причем установлено, что он желал (имел цель) покончить жизнь самоубийством. При рассмотрении дела по обвинению Р. в доведении до самоубийства своей жены Пленум Верховного Суда СССР указал, что для признания самоубийством лишения себя жизни необходимо установить факт "совершения потерпевшим действий, специально направленных на лишение себя жизни" (Бюл. ВС СССР, 1969, N 6, с. 9) . 
При доведении до самоубийства, когда жестокое обращение или систематическое унижение человеческого достоинства составляют самостоятельный состав преступления, применяется правило о квалификации по совокупности, например, в случае причинения тяжкого вреда здоровью. Если же эти действия (бездействие) представляют меньшую общественную опасность, чем доведение до самоубийства, их следует рассматривать лишь в качестве элемента преступления, предусмотренного ст. 110 УК; квалификации по другой статье УК не требуется. 
Уголовная ответственность за доведение до самоубийства наступает с 16 лет. В УК нет специальной нормы, предусматривающей ответственность за подговор к самоубийству малолетнего или лица, заведомо не способного понимать свойства и значение им совершаемого или руководить своими поступками. Такие действия должны расцениваться как умышленное убийство и квалифицироваться в зависимости от обстоятельств по ч. 1 или ч. 2 ст. 105 УК. 
  
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ: 
1. Уголовный кодекс Российской Федерации с комментарием Скуратова. М. 1997 г. 
2. Уголовный кодекс Российской Федерации с постатейным комментарием. Под ред. Наумова А. В. М. 1997 г. 
3. Постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 22 декабря 1992 года “О судебной практике по делам об умышленных убийствах” /Бюллетень Верховного суда РФ, 1993 г. №2, с. 3-6 
4. Постановление Пленума Верховного суда СССР от 16 августа 1984 года “О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств” /Бюллетень Верховного суда СССР, 1984 г. №5, с. 10 
5. Постановления и определения Верховного суда РСФСР, 1981-1988 гг. М. 1989 г. с. 170 
6. Сборник постановлений и определений Верховного суда РСФСР, 1974 г., с. 285 /Бюллетень ВС СССР, 1969, №6, с. 9