Кропоткин Петр Алексеевич
Кропоткин Петр Алексеевич(1842-1921) являлся потомком Рюриковичей и гетмана Сулимы. Воспитание и становление П. А. Кропоткина как человека и как революционера происходило в предреформенную эпоху, насыщенную важнейшими социальными и политическими переменами. Имя П. А. Кропоткина ассоциируется в нашем сознании, прежде всего, с отечественным анархизмом, возникшим в недрах революционного народничества. Действительно, в 1876 году, после смерти М. А. Бакунина, именно он стал признанным теоретиком и пропагандистом анархии. Однако многогранность и незаурядность личности П. А. Кропоткина не могут быть сведены только к этой стороне его деятельности. Он плодотворно работал во многих направлениях. Политика и история, социология и философия, география и этнография, сельское хозяйство и кооперация, литература и этика, блестящая публицистика, проблемы образования и воспитания, история науки и политэкономия - вот далеко не полный перечень предметов, в развитие которых он так или иначе внес свой позитивный вклад, ставший достоянием человеческой культуры. 
Природа щедро одарила П. А. Кропоткина недюжинным умом и редкостным трудолюбием, способными реализоваться в любой области человеческой деятельности, но одновременно она одарила его и чрезвычайно чутким и отзывчивым сердцем, которое не выносило разлада между личным благополучием и несправедливостью и злом окружавшими его. Именно этот нравственный разлад души заставил его отказаться сначала от удачной военной, а потом и научной карьеры и отдать все силы и талант делу борьбы с существующим общественным злом - делу, которое не сулило лично для него ничего, кроме невзгод и лишений, поскольку этим выбором он ставил себя в конфронтацию с власть придержащими. 
Семейная обстановка как бы специально создала контраст впечатлений и наблюдений для любознательного и пытливого ума П. А. Кропоткина. С одной стороны - жизнь крепостных и дворовых, с другой жизнь родственников и друзей семьи, многочисленными нитями связанных с высшим обществом и императорским двором. Богатейший социально эмпирический материал, который накапливается памятью ребенка, отрока, юноши, зрелого человека, плюс огромная тяга к знаниям, неудовлетворенность обязательными образовательными программами Пажеского корпуса, особенно по гуманитарным дисциплинам, все это формировало особый склад характера и строй мышления П. А. Кропоткина. Круг его интересов был весьма широк и разнообразен, хотя первоначально и достаточно хаотичен: философия и этика, литература и искусство, социология и политэкономия, естественные науки и знакомство с запрещенной литературой(статьями журналов "Колокол", "Полярная звезда", работами Н. Г. Чернышевского, Н. В. Шелгунова и др.) . 
В 1862 году П. А. Кропоткин отъезжает на военную службу в Сибирь. Служба там многое дала ему для осознания реакционной сущности самодержавия. После восстания польских каторжан в 1866 году Петр и его брат Александр расстались с военной службой. Ни тот ни другой не участвовали и не согласились бы участвовать в подавлении восстания. 
Осенью 1867 года П. А. Кропоткин поступает на физико-математический факультет Петербургского университета и одновременно на работу в статистический комитет министерства внутренних дел, которым руководил крупный ученый-географ и путешественник П. П. Семенов-Тян-Шанский. Имя П. А. Кропоткина стало известно в научном мире, он - член Русского географического общества, награжден золотой медалью за отчет об Олекминско-итемской экспедиции и т.д. Но "разъедающее противоречие" окружающего мира заставило его отказаться от научной деятельности. 
В принципе на вопрос "Что делать? " к этому времени у него уже был ответ. Поэтому поездка в Швейцарию в 1872 году, знакомство с социалистической прессой, с людьми которые посвятили себя борьбе за осуществление своего социалистического идеала, с интеллигентами и с рабочими послужили толчком к принятию окончательного решения. "Они борются. Мы им нужны, наши знания, наши силы им необходимы - я буду с ними". 
Каким должно быть общество, в котором нравственные ценности индивида не вступали бы в противоречие с его организацией, и какова должна быть эта организация? П. А. Кропоткин отдал предпочтение анархизму, хотя тогда и теперь с именем анархизма связано множество предрассудков. Но высший нравственный идеал справедливого общества требовал соответствующей высоты нравственно го уровня его адептов, прежде всего в личных взаимоотношениях, в вопросах, связанных с теоретической разработкой идеала, стратегии и тактики его осуществления. Анархизм рассматривался им как логический итог тех либеральных политических и этических учений, которые исходили из принципа предельной минимизации функции государства и увеличении (расширении) автономии нравствен ной личности. 
Обобщение опыта буржуазных революций создало определенное негативное отношение к политическим аспектам революции и породило естественный крен к анархизму. Причем устами М. Бакунина русский анархизм дополнил идеи европейского анархизма двумя моментами, которые, собственно, и сблизили анархизм с социализмом. Это идея коллективной собственности на орудия и средства производства и положение о том, что осуществить анархию можно только с помощью социальной революции, т.е. непосредственного решения вопроса о собственности в пользу народа. 
Перед П. А. Кропоткиным стояла та же задача, что и перед К. Марксом: дать научное обоснование социалистического идеала. Но шли они к этому разными путями: К. Маркс строил свою концепцию на основе анализа тенденций современного ему общественного производства и форм классовой борьбы; П. А. Кропоткин стремился найти ответы на те же вопросы, исходя из изучения главным образом природы человека и эволюции его общественных форм. И тот и другой исходили из различных форм материалистического созерцания, оба высоко оценивали роль науки в исследовании общества и, по существу, пришли к сходным выводам. Но при этом К. Маркс считал, что для коммунистического общества необходим и более высокий уровень производительных сил, и более высокий уровень этической и общей культуры человека. Отсюда он выводил необходимость государства для проведения социальных преобразований, их защиты, установления диктатуры пролетариата для переходного периода, которому определялись сугубо гуманистические функции: создание производства, максимально удовлетворяющего потребности человека, условий для его духовного и нравственного развития. 
П. А. Кропоткин, напротив, полагал, что социальный и нравственный потенциал человека вполне достаточен для того, чтобы после революции начать созидание коммунистического безгосударственного общества на основе союза сельскохозяйственных общин, производственных артелей и ассоциаций людей по интересам, а в силу сложившихся хозяйственных, торговых и культурных связей такой союз, по мнению Кропоткина, с неизбежностью должен был бы вступать в сношения с другими союзами, объединяя этими связями все человечество. 
Суть разногласий заключалась в понимании не конечной цели, а путей ее достижения. 
Многие идеи П. А. Кропоткина звучат ныне весьма актуально. Пройдя суровый и порой трагический путь, мы сейчас, по существу, воз вращаемся к идее о местном самоуправлении, местной инициативе, о минимизации централистских функций государства, которые связаны с хозяйственной, социальной, культурной и национальной жизнью отдельных людей, территориальных и национальных общностей, трудовых коллективов предприятий, учреждений, строек и т.д. Причем он был весьма далек от идеи региональной замкнутости, экономического и национального эгоизма. "Сама история нашего времени, -писал он, -не доказывает ли, что дух федеративных сою зов уже представляет отличительную черту современности? Если только где-нибудь Государство дезорганизуется по какой-либо причине, если только его гнет ослабевает где-либо, - и сейчас же начинают образовываться союзы, вызванные естественными потребностями отдельных областей... " Этика Кропоткина не является некоей самостоятельной дисциплиной, трактующей специфический предмет нравственных отношений, она есть одновременно концепция общества, его становления и прогресса. Неслучайно поэтому такие важнейшие понятия его социологии, как "взаимопомощь", "справедливость", "солидарность", несут в себе значительную нагрузку. 
Основным импульсом к постановке проблем этики, ее научному обоснованию и пониманию прогресса послужили для П. А. Кропоткина конечно же задачи обоснования анархистского идеала - прогрессивной общественной системы, одновременно исходящей из нравствен ной природы человека и создающей условия для его нравственного развития. Однако П. А. Кропоткина беспокоило то, что глубоко научное дарвиновское учение об эволюции животного мира, во первых, интерпретировалось лишь как концепция борьбы за существование(и игнорировалась идея об инстинкте общительности) , позволяющая "научно" обосновать правомерность эгоизма и аморализма в жизни общества: во-вторых такая трактовка теории Ч. Дарвина позволяло возродить идеи сверхъестественного внеприродного происхождения нравственности. Коль скоро природную основу человека составляет борьба всех против всех, то внушить человеку нравственные чувства может только высшее существо - Бог. 
Не могли не тревожить его и аналогичные тенденции и в самом анархизме, особенно в его индивидуалистическом направлении, в котором происходил своеобразный симбиоз реанимированных идей М. Штирнера об абсолютной, ничем не ограниченной свободе индивида и Ф. Ницше о сверхчеловеке, свободном от каких-либо моральных норм. 
Марксистская концепция борьбы классов также не вызывала сочувствия у П. А. Кропоткина. 
Словом, существовал целый комплекс причин, побудивших его заняться проблемами этики, и главная из них- необходимость ответить на вопрос: куда ведет человечество нравственное чувство к вырождению человеческого рода и господству слабых или к позитивным, желательным последствиям? 
П. А. Кропоткиным была написана целая серия работ, которые впоследствии составили книгу "Взаимопомощь как фактор эволюции". В ней он развивал и обосновывал фундаментальную для своей социологии и этики категорию взаимопомощи. Подтверждение своим идеям он нашел у Ч. Дарвина в работе "Происхождение чело века". 
Взаимопомощь как инстинкт общительности возникла, по мнению П. А. Кропоткина, естественным путем из опыта жизни общественных животных и человека. Этот инстинкт не отменяет закона борьбы за существование, но позволяет понять ее в более широком и глубоком смысле; не отрицая межвидовой борьбы, он помогает животным внутри вида, используя взаимную поддержку в борьбе с неблагоприятны ми обстоятельствами жизни и внешними врагами, достигать более ощутимых результатов в развитии вида. Одновременно, считал он, взаимопомощь содействовала смягчению внутривидовой борьбы, выработке привычек, нравов, обычаев и традиций, которые особенно человеку позволяли создавать различные формы общежития, соответствующие месту, роду занятий и историческому времени. К таким прогрессивным формам эволюции человеческого общежития он относил род, общину, средневековые цехи, гильдии и вольные города, а в более позднее время - различные страховые, научные, культурные сообщества, кооперацию и, естественно, будущее общество коммуну. 
Принцип общительности, или как он его называл, "закон взаимопомощи", выработанный в ходе эволюции природы, стал основой появления таких зачатков нравственности, как чувства долга, сострадания, уважения к соплеменнику и даже самопожертвования. Поэтому природа считал П. А. Кропоткин, может быть названа первым учителем этики, источником нравственного начала в человеке. "Общественный инстинкт, прирожденный человеку как и всем общественным животным, - вот источник всех этических понятий и всего последующего развития нравственности". Взаимопомощь выступает, таким образом, первым, исходным, и в то же время природным принципом нравственности. Его развитие и усложнение в процессе эволюции человеческого общества, по мнению П. А. Кропоткина, связано с постепенной выработкой второго основного понятия этики справедливости, которая одновременно выступает как требование равноправия и равноценности всех членов общества. 
П. А. Кропоткин высоко оценивал разработку этой идеи П. Ж. Прудоном, но Прудон считал справедливость высшей идеей, задающей по рядок миру наподобие мира идей Платона. Кропоткин стремился и понятие справедливости найти в истории эволюции человеческого общества. Он даже высказывал предположение, что, возможно, справедливость вытекает из своеобразия физиологических свойств нашего мышления. Впрочем, считая этот вопрос спорным, он подчерки вал важность того, что справедливость составляет основное понятие этики, поскольку не может быть нравственности "без равного отношения ко всем, т.е. без справедливости". 
Требование справедливости - требование одновременно и нравственное, и социальное, и экономическое, поскольку предполагает равенство людей во всех этих областях. Поэтому он и не мог согласиться с утверждениями о "справедливости" отношений капиталиста и рабочего, помещика и крестьянина, называя их софизма ми умозрительной этики. Без признания справедливости "общественная нравственность останется тем, - писал П. А. Кропоткин, - что она представляет теперь, т.е. лицемерием. И это лицемерие будет поддерживать ту двойственность, которой пропитана современная личная нравственность". На уровне деклараций - "свобода, равенство, братство", а на уровне реальной жизни - угнетение, неравенство, эксплуатация. 
Справедливость, являясь важнейшей составной частью нравственности, по мнению П. А. Кропоткина, еще не дает всей нравственности. Ее третьей составной частью выступает то, что он условно называл готовностью к самопожертвованию, великодушием. По духу этот принцип чрезвычайно близок собственной нравственной концепции П. А. Кропоткина, его нравственному выбору. 
Конечно, последний принцип этики П. А. Кропоткина - это не только собственный, теоретически обобщенный нравственный опыт автора и его товарищей по революционной борьбе. Это скорее принцип этики будущего общества. И не случайно он подчеркивал, что именно с этого принципа начинается действительная нравственность человека. 
Резюмируя вкратце этические взгляды П. А. Кропоткина, надо подчеркнуть, что суть инстинкта общительности, принципа взаимопомощи, лежащего в основе нравственности, заключается в следующем: человек "считает добром то, что полезно обществу, в котором он живет, и злом то, что вредно этому обществу". 
Дальнейшим развитием этого принципа является понятие справедливости, смысл которого можно выразить следующим образом: если я не хочу, чтобы меня грабили, убивали, обманывали, эксплуатировали, то я и сам обязуюсь не делать того же. Равенство, по мнению П. А. Кропоткина, и есть синоним справедливости, а и плане социальном - синоним анархизма-коммунизма. Равенство - это одновременно и уважение к личности, к ее свободе, к полноте ее существования и развития. 
Однако истинная нравственность по мнению П. А. Кропоткина, начинается тогда, когда человек, чувствуя в себе силу, энергию, избыток ума и воли, начинает действовать на благообщества и людей, не задумываясь над тем, получит он за это воздаяние или нет. Он называет этот третий принцип самопожертвованием, считая его истинным принципом нравственности будущего общества. Именно он дает жизни наибольшую сумму счастья, полноту ее проявления. Этим принципом, ставшим знаменем жизни самого П. А. Кропоткина, он и заканчивает свою этическую концепцию. 
В ней колоссальная работа мысли, обобщение многовекового опыта развития этической теории и нравственной практики, позволяющих автору дать свою оригинальную концепцию этики. Этика П. А. Кропоткина - это этика консолидации общественного, этика, позволяющая индивиду максимально и полно реализовать свой потенциал. Она лишена нормативных требований и санкций, а просто говорит человеку, что общество и его нравственность суть продукты эволюции природы и самого человека и что соблюдение этой нравственности, действия в соответствии с ней есть не что иное, как следование своей собственной человеческой природе, законам ее прогрессивного развития. Нравственность возникла из практики взаимосвязи и солидарной деятельности людей, и ее основное предназначение - развивать и совершенствовать эту человеческую солидарность. 
В этом и заключается непреходящая гуманистическая ценность этических идей П. А. Кропоткина. И не случайно сегодня, в наше сложное и подчас трагическое время мы все чаще обращаемся к сознанию человека, к нравственности, к ее ценностям, справедливо надеясь на нее, как на ту естественную духовную силу, которая способна помочь удержать общество от разрушения и хаоса. И этики П. А. Кропоткина - отнюдь не лишний аргумент в сохранении социального мира. 
 
БИБЛИОГРАФИЯ ПРОИЗВЕДЕНИЙ П. А. КРОПОТКИНА
Анархия, ее философия и идеал. М., 1906. 
Великая французская революция 1789-1793 гг. М., 1979. 
В русских и французских тюрьмах (пер. с англ. В. Батуринского) . Под редакцией автора. СПб.: Знание, 1906. 
Взаимная помощь среди животных и людей как двигатель прогресса (пер. с англ. В. Батуринского) Под ред. автора. СПб.: Знание. 1907. 
Дневник П. А. Кропоткина. М., Пг.: Госиздат, 1923. 
Записки революционера. М.: Мысль, 1966. То же. М.: Московский рабочий. 1988. 
Идеалы и действительность в русской литературе (пер. с англ. В. Батуринского) . Под ред. автора. СПб., 1907. 
Нравственные начала анархизма. Лондон, 1907. 
Переписка Петра и Александра Кропоткиных. М., Л., 1932. Т. 1-2. 
Поля, фабрики и мастерские. Промышленность, соединенная с земледелием, и умственный труд с ручным (пер. с англ. 
А. Н. Коншина) . Под ред. автора. М., Тип. т-ва И. Д. Сытина, 1921. 
Речи бунтовщика (пер. с франц.) . Под ред. автора. Пб. ; М.: Голос труда, 1921. 
Современная наука и анархия. Пб. ; М.: Голос труда, 1920. 
Справедливость и нравственность. Публ. лекция, прочитанная в Анкотском братстве и Лондонском этическом обществе. Пб; М.: Голос труда, 1921. 
Хлеб и воля (пер. с франц.) Под ред. автора. Пб. ; М.: Голос труда, 1922. 
Этика. Происхождение и развитие нравственности. Пб. ; М.: Голос труда, 1922. Т. 1.