Время наивысшего подъема голландской пейзажной живописи
 
Середина XVII века — время наивысшего подъема голландской пейзажной живописи. В сороковых—пятидесятых годах достигает полного расцвета творчество Гойепа, ведущего художника раннего голландского пейзажа. В это же время зреет и крепнет, чтобы в 1660-х годах развернуться в полную мощь, гений Якоба ван Рейсдаля. Произведениями Гойона завершается один этап развития голландского пейзажа, появление картин Рейсдаля знаменует собой начало другого — нового. Обладая первоклассными работами обоих художников, так же как и других пейзажистов XVII в., эрмитажное собрание дает полное представление об отличительных особенностях развития пейзажной живописи Голландии. 
Правдивый показ человека и окружающего его мира— определяющие черты искусства этой небольшой, но мощной буржуазной республики, занявшей в XVII в. одно из первых мест в экономической и культурной жизни Европы. Любовь простого человека к своей родине, путем долгой героической борьбы, отвоеванной у испанцев в эпоху нидерландской революции, нашла свое выражение в развитии реалистического пейзажа. Голландия дала многих прекрасных художников, сделавших изображение природы своей специальностью. Нигде в XVII в. пейзажная живопись не получила такого развития, как в этой маленькой стране. 
С неослабевающим интересом передавали художники незатейливые виды родной природы: холмистые гряды дюн, далекие просторы широко разлившихся рек с раскинувшимися на их берегах городами, проходящие у хижин проселочные дороги. Скромные картины пейзажистов заняли прочное место в обстановке голландских домов, украсив, наряду с портретами, стены уютных комнат. 
В начале XVII в. тщательно разработанные пейзажные виды еще оживлены пестрыми фигурами людей. В картинах этого времени природа предстает главным образом как арена деятельности человека. 
Другое в пейзажах 1630—1640-х годов, особенно в произведениях ведущего живописца этого времени — Яна ван Гойена. Правда, и здесь пейзаж еще не мыслится без человека. Снующие взад и вперед, занятые различными долами люди играют большую роль в его картинах, но все же основное в них — показ бесконечных пространств голландских равнин и моря, сливающегося на горизонте с высоким облачным небом. 
Особенно характерны в этом отношении произведения Гойена 1640-х годов. 
Зимний день. По простору замерзшей реки движутся в разных направлениях небольшие, переданные сероватыми тонами фигуры людей. Над раскинувшимся на дальнем берегу городом вырисовываются контуры ветряных мельниц, башня готического собора. Таков облик Голландии, предстающей перед нами в картине ван Гойена 1645 г. “Берег в Схевенингено” . Зрелая работа художника, она характеризует не только его индивидуальные достижения, но и передовое направление пейзажной живописи середины века. Стремление показать бесконечную протяженность окружающей природы лежит в основе подобных произведений. Изображенная в картине широкая панорама замерзшей роки воспринимается лишь как часть зримого мира, как случайный вырез из него. Занимая около трети живописной поверхности, она сливается вдали с высоким облачным небом. Ни одного яркого пятна. Художник строит изображение на тонких нюансах серых тонов. Все расплывается в сырой атмосфере туманного дня. Предметы, фигуры, здания по мере удаления теряют четкость очертаний, становясь почти невесомыми. Оживляя пейзаж, они вместе с тем превращаются в часть всеохватывающей, простирающейся во все стороны равнины. Увлеченный передачей воздуха и дали, художник почти лишает реальный мир конкретной осязаемости. В зрелых работах Гойена, умершего в 1656 г., как бы подведен итог исканиям пейзажистов в области передачи далеких пространств, воды, неба, атмосферы. 
Я. Рейсдаль вступает на другой путь. Возникшие в 1640-х годах первые произведения начинающего свою художественную деятельность юноши существенно отличаются от картин Гойена и его круга. 
Художник дает не расплывающуюся в дымке тумана даль, а близкую, конкретно прочувствованную частицу пейзажа с четко проработанными деталями. Пейзаж у Ройсдаля совершенно утратил панорамный характер. Тонкое ощущение интимной прелести природы пронизывает ранние произведения художника. В этих картинах впервые находит яркое воплощение самодовлеющая, независимая от человека стихия природы. В таком, пусть несколько одностороннем, но прогрессивном для того времени понимании ценности окружающего мира — передовое значение искусства молодого мастера. 
Ранний период деятельности Якоба ван Рейсдаля падает на конец 1640-х и 1650-е годы. 
Он родился в Гаарлеме в 1628 или 1629 г. Сын мастера рам Исаака ван Рейсдаля, бывшего, по-видимому, и живописцем, юный Якоб сначала изучал медицину. Однако он рано вступил и на художественное поприще. Первые его работы, датированные 1646—1647 годами, показывают раннее развитие живописного дарования юного художника. У кого Рейсдадь учился живописи — неизвестно. Возможно, что первым учителем мальчика был его дядя — Саломон, известный живописец Гаарлема, являвшийся в 1648 г. деканом гильдии художников. Картины Саломона ван Рейсдаля этих лет близки по мотивам произведениям Гойена, от которых, однако, они несколько отличаются большей определенностью в передаче форм деревьев, зданий и несколько иной красочной гаммой. 
Интересно, что в 1648 г., т.е. после появления первых картин юного Якоба, прекращаются до этого очень частые судебные процессы его отца, преследуемого кредиторами за долги. Это наводит на мысль, что сын уже в эту пору мог оказать отцу материальную поддержку. 
Восемнадцатилетний юноша выступает как художник с вполне определившимися взглядами и художественной манерой. В своих картинах он противостоит характерной для 1640-. х годов тенденции к единой объединяющей все изображенное тональности. 
Написанная в 1646 г. картина Якоба ван Ройсдаля “Домик в роще” — наиболее раннее из известных датированных произведений художника — очень много дает для понимания исходных позиций его творчества. Перед нами не панорама, а небольшой уголок пейзажа с растущими на пригорке деревьями. Между стволов сквозит красная крыша стоящего среди зелени домика. У холма изгибается дорога, около которой сидит путник. Па переднем плане — поваленный ствол дерева. Слева раскрывается вид на лужайку, где виднеются фигуры отдыхающих людей. Так же, как и расположившийся у дороги странник, они органически связаны с окружающей природой. 
Живое непосредственное впечатление от действительности, увиденная художником красота этого интимного уголка — вот что определяет характер изображения. Уже в ранних картинах Рейсдаля проявляется его большая самостоятельность в выборе мотива и трактовке тем. Картина сравнительно велика по размеру и несколько растянута в ширину. Взявшись за большой холст, юный художник еще не вполне справился с построением: правая и левая части изображения слабо связаны между собой, поваленный ствол дерева выпадает из общей композиции. 
Поражает, однако, мастерская передача малейших деталей. Хотя группа деревьев дана еще компактной массой, но каждое из них прекрасно характеризовано. Тонкие изгибающиеся стволы и ветки выделяются светлыми линиями на фоне темной зелени. Наиболее интенсивный свет сосредоточен на первом плане, где путем сопоставления пастозных мазков голубоватой, белой и желтоватой краски с просвечивающим иногда темно-коричневым грунтом художник характеризует почву. В противоположность тщательно разработанной листве деревьев, трактовка художником первого плана производит впечатление эскиза. Наша картина — одно из немногих произведений Рейсдаля, где ясно выступает его своеобразная техника. Так, характеризуя почву, художник по густо наложенным краскам наносит обратным, деревянным концом кисти зигзагообразные, короткие и глубокие борозды. 1— Возникшая годом позднее картина “Крестьянские домики в дюнах” отличается сравнительно небольшими размерами. Перед нами холмистая местность с уходящей вглубь дорогой, огибающей небольшой домик, который виднеется справа за деревьями. Мягкие линии дюн и дороги, прячущиеся за деревьями, низкие строения, как бы ограничивающие изображение, — все это содействует впечатлению замкнутости и уединенности. Нигде не раскрывается вид вглубь. Все элементы картины тесно связаны между собой. В “Крестьянских домиках в дюнах” достигнута большая целостность и единство, чем в предшествующей картине, и вместе с тем не утрачена интимная прелесть, которая свойственна лучшим из ранних произведений Рейсдаля. Немногочисленные, небольшие, удачно расставленные фигуры людей находятся в полной гармонии с простыми мотивами природы. 
Картина выдержана в коричнево-золеных тонах и, в противоположность мягкой расплывчатости пейзажей Гойена, отличается четкой проработкой форм; рисунок деревьев с их тонкой листвой точен и тщателен. Подобно картине 1646 г. “Крестьянские домики в дюнах) ) исполнены в типичной для раннего периода творчества Рейсдаля густой манере письма с жирными мазками, которыми живописец характеризует почву освещенной на втором плане дороги с ее темной извилистой колеей. 
Навеянные впечатлениями родной природы, прогулками вокруг Гаарлема, простые по мотивам ранние пейзажи свидетельствуют об исключительной свежести восприятия молодого художника. Все правдиво, безыскусственно в этих изображениях, где уютные небольшие домики сквозят сквозь листву деревьев, а проселочные дороги виднеются между дюн. Ощущение своеобразной прелести подобных небольших, взятых из окружающей действительности видов сельских местностей отличает с самого начала искусство Рейсдаля. Редкие фигуры отдыхающих пли идущих вдаль путников составляют неотъемлемую часть пейзажа. Мирное существование человека на лоне природы — основная тема ранних картин Рейсдаля, что и сообщает его произведениям этих лет идиллический характер. 
К концу сороковых или началу пятидесятых годов нужно отнести подписную, но не датированную картину “Пейзаж с путником” рис. 3) . Она близка ранним произведениям Рейсдаля по манере письма и по типу композиции, хотя несколько холоднее по краскам. Так же, как в картине 1646 г. “Домик в роще” , в центре видна группа деревьев. Они возвышаются на темном пригорке, резко выступающем на фоне светлой дороги. Левее главной группы — кустарники, над которыми поднимается полузасохшее дерево с тонким стволом и ветвями, вырисовывающимися на фоне неба. В правой части картины виднеется уходящая вдаль дорога. Затемненная на первом и освещенная на втором плане, она влечет глаз вглубь. Пространственность пейзажа подчеркнута также резким уменьшением размеров деревьев от более крупных передних до маленьких дальних. Немногочисленные фигурки людей размещены с большим тактом. Невольно встает вопрос, написаны ли они самим Рейсдалем. Специализация в голландской живописи того времени была столь велика, что нередко художникам приходилось прибегать к помощи своих товарищей для выполнения некоторых частей картины. Так, небольшие виды, служащие фоном портретов, бытовых сцен или изображений животных, часто принадлежат кисти художника-пейзажиста. В то же время фигуры, оживляющие изображения природы, так называемый стаффаж, исполнены иногда специально привлеченным для этого бытовым или портретным живописцем. 
Что подобное сотрудничество имело место в пейзажах Рейсдаля, нам известно из свидетельства биографа голландских художников Гоубракена, который даже перечисляет имена тех, кто помогал Рейсдалю. Видимо, и в ранних произведениях последнего фигуры написаны другим мастером. Однако кто является их автором, установить трудно. 
Три картины Эрмитажа, относящиеся к раннему периоду творчества Рейсдаля, почти не представленному даже в музеях Голландии, характеризуют основную направленность искусства юного художника. Уже на первых порах он выступает как мастер, одаренный сильной индивидуальностью, вдохновляющийся непосредственными впечатлениями родной природы, самобытный и смелый в простой будничности своих изображений. Реалистические искания молодого художника в полной мере сказываются как в выборе, так и в трактовке его ранних пейзажей. 
В начале пятидесятых годов Рейсдаль, покинув Гаарлем, отправился путешествовать. Как показывает ряд возникших в 1650—1655-х годах картин, художник побывал в восточно-нидерландских провинциях, посетил соседние области Германии, ездил по Рейну. К этому времени относятся многочисленные виды немецкого замка Бентхойм, привлекшего Рейсдаля своим живописным расположением, рисунок кистью города Ренена и ряд других пейзажей, свидетельствующих не только об изменении тематики, но и о новых чертах художественного восприятия автора. Теперь он уже не удовлетворяется изображением укромных уголков родной страны, скромными видами проселочных дорог и домиков среди дюн. Стремление к грандиозному, к выделению и подчеркиванию основного, к широко разворачивающемуся вглубь пейзажу все сильнее и сильнее выступает в его живописи. Но величественности и значительности своих изображений Ройсдаль достигает не путем отказа от многообразия реального мира. Великий голландский художник всегда исходит из впечатлений окружающей природы. Оперируя сопоставлением больших масс, он никогда не игнорирует конкретные реальные детали. Выделяя и подчеркивая основной мотив, он вместе с тем любовно выписывает каждую травинку, листик, цветок. Это и сообщает пейзажам Рейсдаля их реалистическую значимость. 
К 1650-м годам — началу периода новых исканий—относится небольшой, хуже других сохранившийся пейзаж “Дорога на опушке леса” (рис 4) . Опять выбран тихий уединенный уголок, по-прежнему уходит вглубь дорога; но основной характер композиции определяется уже не этим, а нависающим над дорогой полу засохшим деревом. Освещенный, выступающий на фоне листвы кряжистый изогнутый ствол его выделен так сильно, что подчиняет себе все прочие элементы картины. Изгиб первого дерева повторен стоящим в глубине вторым, меньшим. Как противовес им, дан слева торчащий из земли пень. Природу Ройсдаль показывает теперь уже не с ее идиллической стороны, а в борьбе противоречивых сил роста и увядания. 
Намечающийся в 1650-х годах поворот Ройсдадя в сторону более углубленного понимания многообразия жизни природы приводит к написанию лучших его произведений. После нескольких лет путешествия художник в 1656 г. поселяется в Амстердаме, главном центре экономической жизни Голландии. Конец пятидесятых и шестидесятые годы — самая блестящая пора в творчестве Ройсдаля. Он поднимается до полных внутренней силы, собранности и мощи изображений природы, подобных которым не знала голландская пейзажная живопись. 
По величественности и значимости своих пейзажных картин Рейсдаль может быть сопоставлен только с Пуссеном. Но голландскому живописцу чужд классический дух, которым пронизаны построенные на гармоническом соотношении масс пейзажи его французского собрата. Эмоциональный подход к действительности обусловливает характерные черты искусства Рейсдаля. В основе творчества великого голландского пейзажиста лежит по существу диалектическое понимание жизни природы как единства противоположностей. Извечная борьба противоречивых сил созидания и разрушения — вот что находит свое воплощение в картинах Ройсдаля. Он воспринимает природу не в ее статике, а в ее динамической сущности. Отсюда исключительная выразительность лучших пейзажей Рейсдаля, их грандиозность и напряженность. Все в них полно жизни и движения. Подгоняемые ветром несутся по небу облака, со скал низвергаются водопады, волны набегают на берег, а с земли навстречу свету поднимаются мощные, густолиственные деревья, у подножия которых гниют упавшие стволы. 
В “Речке в лесу” — одном из лучших произведений 1660-х годов — Ройсдаль вводит зрителя в глубь лесной чащи. Перед нами уже не опушка с тесным рядом деревьев, окаймляющих дорогу. Теперь взгляд проникает в глубь старого леса, где рядом с высоким полузасохшим стволом лежит упавшее дерево, высятся могучие дубы, а извилистая тропинка теряется среди зарослей. Борьба света с постепенно охватывающим природу мраком воплощена в этом чрезвычайно темном по колориту пейзаже, где с неожиданной резкостью выделяется ствол величественного в своем умирании дерева с врезывающейся в небо сухой веткой. Угасающий свет вырывает из темноты то белые стволы деревьев, то их изогнутые ветки или выступающие из земли корни, то часть дороги с текущей внизу речкой. Небо играет теперь существенную роль в общей композиции картины, сквозит сквозь листву, отражается в воде. Пронизанное светом, окрашенное у горизонта лучами заходящего солнца, оно контрастирует с темными силуэтами деревьев. Хотя этот пейзаж принадлежит к числу наиболее темных по колориту картин Рейсдаля, однако художник в пределах ограниченной красочной гаммы дает множество нюансов, начиная от коричневато-зеленого цвета листвы в освещенных местах к серо-зеленым тонам в затемненных. Четкая определенность форм дополняется значимостью каждого отдельного элемента композиции. 
Если в своих: ранних произведениях Рейсдаль стремился к гармоничному сочетанию всех частей, то теперь основное настроение пейзажа создается путем удачного использования контрастов. Светлые стволы; выступающие на темно-оливковом фоне листвы в правой части картины, противопоставлены темным стволам на фоне светлеющего неба — в левой. По сравнению с маленькими фигурками людей мощные формы деревьев кажутся еще массивнее. Предпочитая буки и дубы, Рейсдаль старается выявить их связь с почвой, из которой они растут. Художник избирает близкую точку зрения, благодаря чему зритель как бы втягивается в изображение. Контрасты света и тени еще более усиливают романтическое настроение, которым проникнут пейзаж. 
“Болото” — другое значительное произведение 1660-х годов — несколько проще по своему мотиву. В нем нет напряжения и динамичности, которые характерны для “Речки в лесу” , но прекрасно подчеркнута стихийная мощь природы. Крепкие деревья небольшими группами возвышаются над кочками, между которыми простирается водная гладь начинающего зарастать болота. Каждое дерево имеет свои особенности роста, каждое по-своему протягивает свои ветви навстречу свету. Вот, справа, за поваленным стволом, растут рядом высокая береза и кряжистый дуб. Стройное деревцо кажется еще тоньше по сравнению с мощным гигантом леса с его полузасохшими ветвями, коряво торчащими вперед. Подобно упавшему дереву, лежащему спереди, светлый ствол березы четко выделяется на фоне зелени, привлекая внимание зрителя своей интенсивной белизной. Слева начинающий засыхать бук с толстым обнаженным стволом в борьбе с грозящим увяданием пустил вверху покрытые листвой ветви. Несколько поодаль стоят рядом четыре дерева. А в просвете между стволами сквозят другие деревья, уводя глаз все глубже и глубже — туда, где за маленькой фигуркой охотника видны дальние поля. Деревья отражаются в глади вод, а спереди — водоросли, кувшинки уже затягивают болото, покрывая его зеленью листьев. Тихо и спокойно в этом уединенном уголке. Природа предстает во всей своей значимости и величественной мощи. Все как бы видно вблизи, зритель как будто охватывается изображенным. 
Цвета предметов получили большую определенность, не выходя за пределы обычных у Ройсдаля оливковых, коричневатых и зеленых тонов. Тщательная, несколько кропотливая манера письма в передаче деталей сочетается с яркой характеристикой каждого, неповторимости в своей форме и особенностях дерева. Вместе с тем, художник умеет пронизать пейзаж единым настроением и выявить своеобразную жизнь передаваемой им местности. Этот его дар придает особую убедительность произведениям Рейсдаля. Путем широкого обобщения мастер создает синтетический образ природы. В сочетании индивидуального и типичного находят свое воплощение ее мощные силы. 
Созданные в 1660-х годах картины Рейсдаля вполне достойны той высокой оценки, которую дал им Гете. Считая Рейсдаля замечательным пейзажистом, он посвятил специальный очерк разбору трех его произведений. В этом очерке, озаглавленном “Рейсдаль как поэт” , Гете подчеркивает, что он видит в Рейсдале не только прекрасного живописца, но и мыслителя. “Чисто чувствующий, ясно мыслящий художник” , так характеризует голландца великий немецкий поэт. Его произведения, по словам Гете, радостны для глаза, пробуждают внутреннее чувство, возбуждают мысль и, наконец, выражают определенные понятия. Гете восторгается проникновенной силой живописи Рейсдаля и, описывая его картину, говорит, что она “счастливо выхвачена из природы, счастливо возвышена при помощи мысли, и так как мы обнаруживаем, что она задумана и выполнена в соответствии со всеми требованиями искусства, то она всегда будет привлекать нас, она сохранит во все времена справедливо присвоенную ей славу” . 
Такая высокая оценка голландского пейзажиста вполне справедлива. Рейсдаль далеко опередил своих современников, поставив перед собой задачу раскрыть средствами изобразительного искусства стихийную силу и мощь природы. Несмотря на то, что человек играет сравнительно ничтожную роль в рейсдалевских пейзажах, они всегда полны жизни и движения. Художник как бы запечатлевает определенное состояние в изменчивой жизни природы и вместе с тем всегда умеет выявить ее извечную сущность. 
Энгельс, говоря о современнике Рейсдаля, великом голландском мыслителе Спинозе, считал величайшей заслугой философии, что она “начиная от Спинозы и кончая французскими материалистами настойчиво пыталась объяснить мир из себя самого” . 
Понимание значения мира природы лежит и в основе искусства Рейсдаля. Великий голландский художник в зрелом своем творчестве интуитивно подходит к проблемам, выдвинутым передовой мыслью его эпохи. Подобно Рембрандту, который раскрыл в своем искусстве внутреннюю сущность человека, Рейсдаль при помощи своих картин углубил и расширил представление о природе. 
Картина Рейсдаля “Водопад” , также написанная в 1660-е годы, изображает северный, вероятно, норвежский ландшафт. Художник не был в Норвегии, но знал ее по многочисленным пейзажам своего современника —Эвердингена. Произведения этого мастера, в 1641 г. вернувшегося из путешествия по Скандинавии и с тех пор не устававшего повторять северные виды, пользовались в Голландии большим успехом. За картины Эвердингена платили сравнительно большие суммы. 
Однако обращение Рейсдаля к тематике севера нельзя объяснять лишь соображениями заработка. Его интерес к столь необычным для жителя низменной Голландии гористым местностям с бурно текущими среди скалистых берегов водами объясняется характерным для этого “героического” , как можно его назвать, периода творчества художника стремлением к олицетворению в живописи мощи природных сил. 
В таком плане трактован и “Водопад” Эрмитажа — одно из многих, но вместе с тем и одно из лучших произведений Рейсдаля на эту тему. 
Стремясь с наибольшей наглядностью показать непреодолимую динамическую силу низвергающегося водяного потока, Рейсдаль в ряде картин варьирует тому водопада. Он то прибегает к вытянутому по вертикали формату, строя пейзаж уступами вверх, то развивает композицию вширь, объединяя на первом плане воду, камни и деревья. Но каждый раз основной характер изображения определяется движением бурных вод. Они низвергаются со скал мощным потоком и катят свои покрытые пеной волны вперед на зрителя, подхватывая стволы упавших деревьев, дробясь и пенясь в каменистом ложе. 
В эрмитажной картине сила движения сосредоточена на первом плане, ограниченном огромными камнями. Здесь, стесненный в своих берегах, бурлит поток. Справа в воду упал ствол сломанной березы, и кора ее привлекает взор интенсивной белизной. Этот знакомый также по другим картинам Рейсдаля мотив играет существенную роль в композиции. Он усиливает и подчеркивает движение первого плана, которому противопоставляются спокойные линии пейзажа в глубине. 
По сравнению с другими, подобными нашей, картинами, где вода как бы захватывает весь передний план, в эрмитажном “Водопаде) ) поток ограничен по сторонам берегами. Смягчен также контраст между светом и тенью, в изображении дальних планов преобладают более спокойные мотивы. Общему идиллическому настроению, господствующему в этой части пейзажа, соответствует и фигура пастуха, написанная Адрианом ван де Вельде. Так как этот последний, скончался в 1672 г., то можно с достоверностью сказать, что картина Рейсдаля возникла до этого срока. (Ввиду того, что с 1661 г. Рейсдаль не помечал датами своп картины, главным, кроме стилистического анализа, основанпом для определения времени их возникновения является трактовка изображенных в них людей) . 
Вернее всего предположить, что “Водопад” исполнен в конце 1660-х годов после “Болота” и “Речки в лесу” , так как героические мотивы звучат в нем менее сильно. Того полного единства и цельности, которые свойственны лучшим его произведениям, художник в “Водопаде” уже не достигает. 
Шестидесятые годы — наиболее блестящий период творчества Рейсдаля. Это было время, когда культура Голландии переживала наивысший расцвет. В лице своих ведущих художников голландская живопись достигает в эти годы исключительной проникновенности и глубины в подходе к человеку и природе. В это десятилетие создаются лучшие творения Рембрандта и Рейсдаля. 
Однако в середине XVII в. уже ясно начинают обозначаться противоречия между реалистическими устремлениями представителей передового искусства и господствующими в буржуазных кругах идеалами. Признанием среди высших слоев голландского общества пользуются не лучший пейзажист и не великий творец психологического портрета, а нарядные “итальянизирующие” художники, блестящие, но поверхностные портретисты. Пора расцвета уже несет в себе признаки разложения. Существенные изменения в расстановке классовых сил, происшедшие в середине века, нашли свое выражение и в отношении к искусству. После Мюнстерского мира с Испанией в 1648 г., окончательно закрепившего самостоятельность Голландии, преисполненная сознанием своего значения, буржуазная верхушка стала противопоставлять себя другим слоям населения. Буржуазия использовала свое политическое могущество не для углубления революционных завоеваний, а для подавления демократии. К этому именно периоду относятся известные слова Маркса: “Народные массы Голландии уже в 1648 г. более страдали от чрезмерного труда и терпели гнет более жестокий, чем народные массы всей остальной Европы” . 
Во второй половине века крах демократических идеалов начала столетия выступил с полной очевидностью. Законодатель художественных вкусов — голландская буржуазия, в особенности ее быстро переродившаяся в паразитический класс верхушка, утратила вкус к национальному искусству с его трезвым реалистическим подходом к действительности. К живописи стали предъявлять требования идеализированного изображения людей, быта, природы. Если от портретистов требовали нарядных парадных изображений, где передаче одежды и обстановки придавалось больше значения, чем выразительности лиц, где все большее распространение получала аллегория, то и в области пейзажа берут верх декоративные тенденции. Все большее признание и здесь получают произведения “итальянизирующих” мастеров, уводящие от полной неизъяснимой прелести, но несколько однообразной природы Голландии к эффектным видам юга. Красочные гавани Воникса, оживленные сценами охот лесные виды Гаккорта, пасторали Берхема с фигурами пастушек, выступающих яркими цветными пятнами на фоне южного неба, — таковы излюбленные теперь пейзажи, все более идеализированные и декоративные. 
В то же время творческие устремления Рейсдаля, создававшего свои наиболее проникновенные реалистические изображения, идут в разрез со вкусами господствующего класса. 
К сожалению, дошедшие до нас скудные биографические сведения не дают возможности ясно представить себе ни взаимоотношения великого пейзажиста с окружающим его обществом, ни его личную жизнь. Мы знаем лить то, что художник остался холостым. Он был, видимо, слабого здоровья, часто болел. Уже в сорок лет Рейсдаль составил свое завещание, свидетельствующее о его трогательной заботе о старике отце. 
Судя по тому, что Рейсдаль приглашался в качестве эксперта и работал с такими признанными мастерами, как портретист Томас де Кейзер, он в начале шестидесятых годов еще пользовался известностью. Однако заказы художник получал преимущественно на пейзажи с водопадами, которые вошли в моду после поездки Эвердингена в Скандинавию. За исключением северных ландшафтов, привлекших его своеобразием своих мотивов, художник в 1660-х годах оставался верен своей тематике и манере. Господствующие идеалы оказали воздействие на Ройсдаля лишь в более поздний период, в 1670-е годы, когда творческая энергия старого мастера несколько ослабела. Спад творчества Рейсдаля, который намечается в это время, — несомненный результат влияния окружающей среды. Однако гениальный пейзажист никогда полностью не подчинился новой моде. Только этим и можно объяснить, что смягченный, классицизирующий стиль его мастерски написанных поздних картин не удовлетворял запросам буржуазии Голландии. 
В поздний период деятельности известность Якоба ван Рейсдаля падает, его средства иссякают. В 1682 г. великий голландский пейзажист умирает. 
К последнему десятилетию жизни Рейсдаля относятся четыре картины Эрмитажа. Наиболее значительная из них — “Морской вид” , созданная, видимо, в начале 1670-х годов. Художник неоднократно обращался к изображению моря, то передавая бурную поверхность вод с идущими под сильным креном судами, то живописуя омываемый волнами морской берег. К числу подобных видов взморья принадлежит и эрмитажный вариант этой темы, несколько раз повторенной Рейсдалем. 
Изображен песчаный берег, на который, постепенно затихая, набегают волны с легкими взбрызгами пены на гребнях. Высокое небо покрыто облаками. Далекие просторы воздуха, воды, земли переданы с исключительным мастерством. Рейсдаль отказывается от резких контрастных сопоставлений, столь характерных для его творчества, отказывается от бурного движения. Колористическая гамма картины построена на тонких живописных сочетаниях зеленоватой с белой пеной воды, тяжелого свинцового неба и желтоватого песка дюн. Пастозная манера письма уступила место жидкому наложению красок с просвечивающим грунтом. Это дало возможность художнику достичь большой прозрачности в изображении воды. Фигуры, с большим тактом вписанные А. ван де Вельде, благодаря своим тонким силуэтам и сдержанной красочной волной самодовольного мещанства разбогатевшей буржуазии, столь гибельно сказавшейся на голландском искусстве. 
Однако значение творчества Рейсдаля определяется не поздними произведениями, носящими явные признаки упадка, а лучшими его картинами 1650—1660-х годов, которые раскрыли перед пейзажной живописью новые возможности в изображении стихийных сил и мощи природы. 
Произведения Рейсдаля, экспонированные в нашем музее, дают полную возможность проследить творческий путь художника. Расширив и углубив представление об окружающей человека природе, Рейсдаль сделал важный шаг вперед в реалистическом постижении мира.