Государственное строение России в 14-15 вв 
Московское государство оставалось еще раннефеодальной монархией. В силу этого отношения между центром и местами строились первоначально на основе сюзеренитета-вассалитета. Однако с течением времени положение постепенно менялось. Московские князья, как и все другие, делили свои земли между наследниками. Последние получали обычные уделы и были в них формально самостоятельны. Однако фактически старший сын, приобретший “стол” великого князя, сохранял положение старшего князя. Со второй половины XIV в. Вводится порядок, по которому старший наследник получал б6льшую долю наследства, чем остальные. Это давало ему решающее экономическое преимущество. К тому же он вместе с великокняжеским “столом” обязательно получал и всю Владимирскую землю. 
Постепенно изменилась и юридическая природа отношений между великим и удельными князьями. Эти отношения основывались на иммунитетных грамотах и договорах, заключаемых в большом количестве. Первоначально такие договоры предусматривали службу удельного князя великому князю за вознаграждение. затем она стала связываться с владением вассалами ни вотчинами. Считалось, что удельные князья получают свои земли от великого князя за службу. И уже начале XV в. установился порядок, по которому удельные князья были обязаны подчиняться великому князю просто в силу его положения. 
Великий князь. Главой Русского государства был великий князь, обладавший широким кругом прав. Он издавал законы, осуществлял руководство государственным управлением, имел судебные полномочия. 
Реальное содержание княжеской власти с течением времени меняется в сторону все б6льшей полноты. Эти изменения шли в двух направлениях -внутреннем и внешнем. Первоначально свои законодательные, административные и судебные правомочия великий князь мог осуществлять лишь в пределах собственного домена. Даже Москва делилась в финансово-административном и судебном отношениях между князьями-братьями. В Х1У-Х вв. великие князья оставляли ее обычно своим наследникам на правах общей собственности. С падением власти, удельных князей великий князь стал подлинным властелином всей территории государства. Иван III и Василий III не стеснялись бросать в тюрьму своих ближайших родственников удельных князей, пытавшихся противоречить их воле. 
Ф. Энгельс считал власть главы централизованного государства прогрессивным явлением, “представительницей порядка в беспорядке, представительницей образующейся нации в противовес раздробленности на мятежные вассальные государства” . Таким образом, централизация государства явилась внутренним источником усиления великокняжеской власти. Внешним источником ее усиления было падение власти Золотой Орды. В начале московские великие князья были вассалами ордынских ханов, из рук которых они получали праве на великокняжеский “стол” . После Куликовской битвы эта зависимость стала только формальной, а после 1480 г. московские князья стали не только фактически, но и юридически независимыми, суверенными государями. Новому содержанию великокняжеской власти были приданы новые формы. Начиная с Ивана III московские великие князья именовали себя “государями веся Руси” . Иван III и его преемник пытались присвоить себе и царский титул. 
В целях укрепления международного престижа Иван III женился на племяннице последнего византийского императора Софье Палеолог - единственной наследнице уже не существующего константинопольского престола. Делались попытки идеологического обоснования притязаний Ивана III на самодержавие. Кроме брачных связей с Софьей Палеолог стараются установить, конечно мифическое, происхождение русских князей от римских императоров. Была создана теория происхождения княжеской власти. Дворянские историки, начиная с Н. М. Карамзина, считали, что с Ивана III в России устанавливается самодержавие. Это верно в том смысле, что Иван III, завершивший освобождение Руси от татар, “сам держал” свой княжеский стол, независимо от Орды. Однако говорить о самодержавии в полном смысле слова, т.е. о неограниченной монархии в ХУ и даже XVI в. Еще не приходится. Власть монарха была ограничена другими органами раннефеодального государства, прежде всего Боярской думой. Боярская дума. Важным 'органом государства являлась Боярская дума. Она выросла из совета при князе, существовавшего еще в древнерусском государстве. Оформление Думы следует отнести (... ХV в. Боярская дума отличалась от прежнего совета своей большей юридической, организационной оформленностью. Она была органом, собиравшимся не эпизодически, а действующим постоянно. Дума имела сравнительно стабильный состав. В нее входили так называемые “думные чины” - введенные бояре и окольничьи. Компетенция Думы совпадала с полномочиями великого князя, хотя формально это нигде не было зафиксировано. Великий князь юридически не был обязан считаться с мнением Думы, но фактически не мог поступать самовольно, ибо любое его решение не проводилось в жизнь, если не было одобрено боярством. Через думу боярство осуществляло политику угодную и выгодную ему. Правда, с течением времени великие князья все больше подчиняют себе Боярскую думу, что связано с общим процессом централизации власти. Это особенно относится к княжениям Ивана III и Василия III. Значительная роль Боярской думы в системе государственных органов и господство в ней крупных феодалов являются одной из характерных особенностей раннефеодальной монархии. 
Феодальные съезды. Они имели тот же характер, что и во времена Киевской Руси, но по мере укрепления централизации государства постепенно отмирали. 
Дворцово-вотчинная система управления продолжала оставаться раннефеодальной монархией. Московское государство унаследовало от предыдущего периода и органы центрального управления, построенные по дворцово-вотчинной системе. Однако расширение территории государства и усложнение его деятельности приходят в столкновение со старыми формами управления, подготавливают постепенное отмирание дворцово-вотчинной системы и зарождение нового, приказного управления. 
Преобразование старой системы начинается с ее усложнения. Она подразделяется на две части. Одну составляет управление дворца, во главе которого стоит дворецкий (дворский) , имеющий в своем распоряжении многочисленных слуг. Дворецкий ведал и пашенными княжескими крестьянами. Другую часть образовывали так называемые “пути” , обеспечивающие специальные нужды князя и его окружения. О назначении путей красноречиво говорят сами их названия: Сокольничий, Ловчий, Конюший, Стольничий, Чашничий. Для выполнения их задач в ведение путей выделялись определенные княжеские села и целые местности. Пути не ограничивались сбором тех или иных продуктов и всяких благ с выделенных мест. Они выступали и как административные и как судебные органы. Руководители их именовались путными боярами. 
Вслед за усложнением системы дворцово-вотчинных органов возрастала их компетенция и функции. Из органов, обслуживавших в первую очередь личные нужды князя, они все больше превращались в общегосударственные учреждения, выполняющие важные задачи по управлению всем государством. Так, дворецкий с XV в. стал в известной мере ведать вопросами, связанными с землевладением церковных и светских феодалов, осуществлять общий контроль над местной администрацией. Вместе с тем выполнение тех или иных обязанностей в государственном управлении торило прежний характер временного княжеского поручения и превращалось в постоянную и достаточно определенную службу. Усложнение функций дворцовых органов потребовало создания большого и разветвленного аппарата. Чины дворца - дьяки - специализировались в определенном круге дел. Из состава дворцовой службы выделялась великокняжеская казна, ставшая самостоятельным ведомством. Была создана большая дворцовая канцелярия с архивом и иными придатками. 
Все это подготавливало переход к новой, приказной системе управления, выраставшей из прежней. Такое перерастание началось в конце XV в. Но как система приказное управление оформилось только во второй половине XVI в. Тогда же утвердился и сам термин “приказ” . Первыми учреждениями приказного типа были Большой дворец, выросший из ведомства дворецкого, и Казенный приказ. Конюшенный путь превратился в Конюшенный приказ,, теперь не только обслуживавший личные потребности князя, но и связанный с развитием конного дворянского ополчения. В начале XVI в. сложился Разряд (Разрядный приказ, ведавший учетом служилых людей, их чинов и должностей. Перерастание дворцово-вотчинной системы в приказную явилось одним из показателей централизации Русского государства, ибо дворцовые органы, ведавшие ранее по существу лишь княжеским доменом, теперь становились учреждениями, руководящими всем громадным Русским государством. 
Местные органы управления. Русское государство подразделялось на уезды - наиболее крупные административно-территориальные единицы. Уезды делились на станы, станы - на волости. Впрочем, полного единообразия и четкости в административно-территориальном делении еще не выработалось. Наряду с уездами кое-где сохранялись. 
еще земли. Существовали также разряды - военные округа, губы судебные округа. 
Во главе отдельных административных единиц стояли должностные лица - представители центра. Уезды возглавлялись наместниками, волости - волостелями. Эти должностные лица содержались за счет местного населения - получали от него “корм” , т.е. проводили натуральные в денежные поборы, собирали в свою пользу судебные и иные пошлины. Кормление, таким образом, было одновременно государственной службой и формой вознаграждения княжеских вассалов за их военную и иную службу. 
Кормленщики были обязаны управлять соответствующими уездами и волостями собственными силами, т.е. содержать свой аппарат управления (тиунов, доводчиков и др.) и иметь свои военные отряды для обеспечения внутренней и внешней функций феодального государства. Присылаемые из центра, они не были лично заинтересованы в делах управляемых ими уездов или волостей, тем более что их назначение было обычно сравнительно краткосрочным - на год-два. Все интересы наместников и' волостелей были сосредоточены преимущественно на личном обогащении за счет законных и незаконных поборов с местного населения. Система кормления была не способна в условиях обостряющейся классовой борьбы обеспечить в должной мере подавление сопротивления восстающего крестьянства. От этого особенно страдали мелкие вотчинники и помещики, которые были не в состоянии самостоятельно обезопасить себя от “лихих людей” . Поднимающееся дворянство было недовольно системой кормления и по другой причине. Его не устраивало, что доходы от местного управления шли в карман бояр и что кормление обеспечивает боярству большой политический вес. 
Местные органы власти и управления не распространяли свою компетенцию на территорию боярских вотчин. Княжата и бояре, как и прежде, сохраняли в своих вотчинах иммунитетные права. Они были не просто землевладельцами, но я администраторами и судьями в своих деревнях и селах. 
Органы городского управления. Городское управление в Московском государстве изменилось по сравнению с киевскими временами. Города в данный период не имели самоуправления. В удельных княжествах управление городами осуществлялось наравне с сельской местностью. С присоединением удельных княжеств к Москве великие князья, сохраняя все земли уделов обычно за их прежними владельцами, всегда изымали города из юрисдикции бывших удельных князей, распространяли на них непосредственно свою власть. Это делалось исходя из значения городов не только как экономических центров, но прежде всего по военным соображениям. Города были крепостями. Обладание ими обеспечивало великим князьям и удержание бывшего удела в своих руках,, и оборону от внешних врагов. Первоначально великие князья управляли городами так же, как раньше удельные князья, т.е. не выделяя их из своих прочих земель. Наместники и волостели, руководя своим уездом или волостью, управляли в той же мере и городами, находящимися на их территории. 
Позже появляются некоторые специальные органы городского управления. Их возникновение связано с развитием городов в первую очередь как крепостей. В середине XV в. появилась должность городчика - своеобразного военного коменданта города. Он обязан был следить за состоянием городских укреплений, за выполнением местным населением повинностей, связанных с обороной. Уже в XV в. городчики использовались и для других великокняжеских дел, в частности земельных. Должность городчиков замещалась местными землевладельцами, преимущественно дворянами и детьми боярскими. Городчики, первоначально бывшие довольно малозначительными фигурами в государственном управлении, уже к концу XV в. стали играть серьезную роль. Сначала временно, а потом все более постоянно за ними закреплялись широкие полномочия в земельном, финансовом и других отраслях управления, причем не только в пределах города, но и прилегающего уезда. В соответствии с расширением функций изменилось и название этих должностных лиц. Их начинают именовать городовыми и приказчиками. ведая рядом вопросов военно-хозяйственного и просто хозяйственного порядка, городовые приказчики подчинялись великокняжеским казначеям. На один город назначалось иногда два и больше таких приказчиков. В лице городовых приказчиков дворяне и дети боярские получили свой орган местного управления, а великий князьнадежных проводников политики централизации. 
ПРАВО Источники права. В качестве основного законодательного акта Московского государства ХIV-ХУ вв. продолжала действовать Русcкая Правда. Была создана новая редакция этого законам - так называемая Сокращенная из Пространной, приспособлявшая древнерусское право к московским условиям. Действовало также обычное право. 
Однако развитие феодальных отношений, образование централизованного государства требовали создания существенно новых законодательных актов. В целях централизации государства, все большего подчинения мест власти московского князя издавались уставные грамоты наместничьего управления, регламентировавшие деятельность кормленщиков, ограничившие в какой-то мере их произвол. Наиболее ранними уставными грамотами были Двинская (1397-1398) и Белозерская (1488) . Но самым значительным памятником права был Судебник 1497 г. Он внес единообразие в судебную практику Русского государства. Судебник 1497 г. имел и другую цель - закрепить новые общественные порядки, в частности постепенное выдвижение мелких и средних феодалов - дворян и детей боярских. В угоду этим социальным группам он внес новые ограничения в судебную деятельность кормленщиков, а главное, положил начало всеобщему закрепощению, введя повсеместно Юрьев день. 
Источниками Судебника явились Русская Правда, Псковская судная грамота; текущее законодательство московских князей. Но он не просто обобщил накопившийся правовой материал. Больше половины статей было написано заново, а старые нормы были в основном переработаны. Судебник 1497 г. содержал главным образом нормы уголовного и уголовно-процессуального права. Хотя он знаменует собой новый шаг в развитии права, однако в нем некоторые вопросы регламентировались менее полно, чем в Русской Правде. Это относится, в частности, к гражданскому и особенно к обязательственному праву. Отсюда можно предположить, что Судебник не целиком заменили предшествующее законодательство. Некоторые нормы Русской Правды действовали, очевидно, наряду с Судебником. 
Гражданское право. Право собственности. Развитие земельных отношений характеризовалось полным или почти полным исчезновением самостоятельной общинной собственности на. землю. Земли общин переходили в руки вотчинников и помещиков, включались в состав княжеского домена. В то же время все более четко оформлялось вотчинное и поместное землевладение. Вотчина отличалась тем, что собственник обладал почти неограниченным правом на яке. Он мог не только владеть и пользоваться своей землей, но и распоряжаться ею: продавать, дарить, передавать по наследству. Вместе с тем, вотчина - условное землевладение. Так, например, князь мог отобрать вотчину у отъехавшего вассала. 
Еще более условное землевладение - поместье. Оно давалось сеньором своим вассалам только на время службы как вознаграждение за нее. Поэтому распоряжаться землей помещик не мог. 
Великокняжеский домен разделялся на земли чернотяглые и дворцовые. Они различались лишь по форме эксплуатации населявших эти земли крестьян и по организации управления ими. Дворцовые крестьяне несли барщину или натуральный оброк и управлялись представителями, дворцовой власти. Чернотяглые платили денежную ренту и подчинялись общегосударственным чиновникам. Земли домена постепенно раздавались великими князьями в вотчины и поместья. 
Обязательственное право. Обязательствам из договоров Судебник 1497 г. уделял места даже меньше, чем Русская Правда. О займе говорила лишь одна статья, предусматривавшая, подобно Русской Правде, ответственность за несостоятельность' должника. Имелись упоминания о договорах купли-продажи и личного найма. Судебник вслед за Псковской судной грамотой предусматривал, что наймит, не дослуживший своего срока или не выполнивший обусловленное задание, лишался оплаты. 
Судебник 1497 г. более четко, чем Русская Правда, выделял обязательства из причинения вреда, правда, лишь в одном случае: ст. 61 предусматривала Имущественную ответственность за потраву. Как своеобразные обязательства из причинения вреда рассматривает Судебник некоторые правонарушения, связанные с судебной деятельностью. Судья, вынесший неправосудное решение, обязан возместить сторонам происшедшие от этого убытки. Такая же мера применялась к лжесвидетелям. Закон прямо указывает, что наказанию судья за свой проступок не подлежит (ст. 19) . 
Наследственное право. Мало изменилось и наследственное право Судебник, однако устанавливал общую и четкую норму о наследовании. При наследовании по закону наследство получал сын, при отсутствии сыновей - дочери. Дочь получала не только движимое имущество, но и земли. За неимением дочерей наследство переходило ближайшему из родственников. 
Уголовное право. Если гражданские правоотношения развивались сравнительно медленно, то уголовное право в данный период претерпело существенные изменения, отражая обострение противоречий феодального общества и усиление классовой борьбы. 
Развитие уголовного права связано главным образом с изданием Судебника 1497г. Судебник трактовал понятие преступления отлично от Русской Правды, но в принципе тождественно Псковской судной грамоте. Под преступлением понимались всякие действия, которые так или иначе угрожают государству или господствующему классу в целом поэтому запрещаются законом. В отличие от Псковской судебной грамоты Судебник дает термин для обозначения преступления. Оно теперь именуется “лихим делом” . 
Развитие феодализма нашло свое отражение в некотором изменении взгляда на субъект преступления. Судебник рассматривал холопа уже как человека и в отличие от Русской Правды считал его способным самостоятельно отвечать за свои поступки и преступления. 
В соответствии с изменением понятия преступления усложнялась н система преступлений. Судебник вводит род преступлений, неизвестный Русской Правде и лишь намеченный в Псковской судной грамоте, - государственные преступления. Судебник отмечал два таких преступления - крамолу и подым. Под крамолой понималось деяние, совершаемое преимущественно представителями господствующего класса. Именно как крамолу стали рассматривать великие князья отъезд бояр от них к другому князю. Тверской летописец, например, называет крамольниками князей и бояр, отъехавших и 1485 г. из Твери к московскому великому князю. Понятие "подым" является спорным. 
Можно предполагать, что подымщиками называли людей, поднимающих народ на восстание. Мерой наказания за государственные преступления устанавливалась смертная казнь. 
Закон предусматривал развитую систему имущественных преступлений. К ним относятся разбой, татьба, истребление и повреждение чужого имущества. Все эти преступления, подрывавшие основу благосостояния господствующего класса феодальную собственность, также жестоко наказывались. 
Судебник знал и преступления против личности: убийство (душегубство) , оскорбление действием и словом. 
Изменяются цели, а с ними и система наказаний. Если прежде князья видели в наказаниях - вире и продаже - одну из доходных статей, существенно пополнявших казну, то теперь на первый план выступил другой интерес. Господствующий класс стал применять террористические методы борьбы с сопротивлением эксплуатируемых масс. Соответственно в наказании на первое место выступила цель устрашения как самого преступника, так и главным образом других людей. Если раньше господствовали имущественные наказания, то теперь они отошли на задний план. Судебник ввел новые наказания - смертную и торговую казнь, причем эти, меры применялись за большинство преступлений. Закон не предусматривал виды смертной казни. На практике они были весьма разнообразны: повешение, отсечение головы, утопление и др. Торговая казнь состояла в битье кнутом на торговой площади и часто влекла за собой смерть наказуемого. Судебник, как и Русская Правда, знает продажу, но она теперь применяется редко н обычно в сочетании со смертной или торговой казнью. Помимо указанных в Судебнике практика знала и такие меры наказания, как лишение свободы и членовредительство (ослепление, отрезание языка) . 
Процессуальное право. Процесс характеризовался развитием старой формы, так называемого “суда” , т.е. состязательного процесса, и появлением новой формы судопроизводства розыска. При состязательном процессе дело начиналось до жалобе истца, именовавшейся челобитной. Она обычно подавалась в устной форме. По получении челобитной суд принимал меры к доставке ответчика в суд. Явка ответчика в суд обеспечивалась поручителями. Если ответчик каким-либо образом уклонялся от суда, то он проигрывал дело даже бед разбирательства. Истцу, в таком случае выдавалась так называемая “бессудная грамота” . Неявка истца в суд влекла за собой прекращение дела. 
Несколько изменилась система доказательств. Судебник признавал доказательством, притом бесспорным, собственное признание стороны. 
Если истец отказывался от всего или части иска или ответчик признавал исковые требования, то иных доказательств уже не требовалось. 
Другим видом доказательств были свидетельские показания. В отличие от Русской Правды Судебник не различает теперь послухов и видоков, именуя всех неслухами. Послушествовать могли теперь и холопы. 
Доказательством признавалось и “поле” - судебный поединок. Победивший в бою считался правым, т.е. выигрывал дело. Проигравшим признавался и не явившийся на поединок или сбежавший с него. На “поле” можно было выставлять наймитам В XV в. применение “поля” все больше ограничивалось, и в XVI в. постепенно исчезло. В качестве доказательств стали применяться разного рода документы: договорные акты, официальные грамоты. Доказательством по-прежнему считалась и присяга. 
Обострение классовой борьбы обусловило появление новой формы процесса - розыска, следственного или инквизиционного процесса. Розыск применялся при рассмотрении наиболее серьезных уголовных дел, в том числе по политическим преступлениям. Его введение было обусловлено стремлением не столько найти истину, сколько быстро и жестоко расправиться с “лихими людьми” . “Лихой” человек - это, вообще говоря, не обязательно уличенный преступник. Это лишь лицо неблагонадежное, с дурной славой, которое “облиховали” “добрые) люди, т.е. благонамеренные члены общества. Розыск отличался от состязательного процесса тем, что суд сам возбуждал, вел и завершал дело по собственной инициативе и исключительно по своему. усмотрению. Подсудимый был скорее объектом процесса. Главным способом “выяснения истины” при розыске являлась пытка. 
Обращение в феодальный суд было весьма дорогим удовольствием. Стороны облагались различными пошлинами. Так, по Судебнику нужно было платить судье - боярину 6% от цены иска. Кроме того, полагалось заплатить 4 копейки с рубля дьяку. Существовали специальные полевые пошлины. Они платились даже в том случае, если стороны помирились и отказывались от судебного поединка. Если же “поле” состоялось, то пошлины уплачивались кроме боярина и дьяка еще и специальным должностным лицам, организующим поединок.