КРИМИНАЛИСТИКА КАК НАУКА И КАК УЧЕБНАЯ ДИСЦИПЛИНА
  
Содержание 
Введение 
Глава 1. Наука криминалистика 
1.1 Понятие криминалистики как науки. 
1.2 Методика и технологии криминалистики 
Глава 2. Место криминалистической науки в системе научного знания 
2.1 Развитие научных представлений о природе криминалистики как науки 
2.2 Место криминалистики как науки в системе юридических наук 
2.3 Связь криминалистической науки с другими науками
Глава 3. Криминалистика как учебная дисциплина 
3.1 Понятие и отличие криминалистики как науки от криминалистики как учебной дисциплины 
3.2 Систематики и классификация в криминалистике как учебной дисциплине 
3.3 Научные представления о системе криминалистической дисциплины 
Заключение 
Список литературы 
  
                        Введение 
Тема преступности актуальна в любое время. Преступность меняется по мере изменения общества, но была она всегда и везде и отражала в себе какие-либо социальные проблемы общества. Преступность современного общества обрела новые качественные черты, однако способы изучения преступности и способы реагирования на преступность, к сожалению, не изменились. Вследствие чего люди оказались неспособными противостоять преступности. 
Процесс становления криминалистики как науки длился не одно десятилетие и ставил перед собой цель создания науки, которая включала бы в себя необходимые элементы других наук, опыт, накопленный поколениями, разработку новых идей, доказательство существующих. Такая наука должна была вооружить знаниями борющихся с преступностью. Криминалистика выполнила социальный заказ на отрасль знания, которая могла бы дать реальный отпор негативному социальному явлению преступности, когда простого опыта и здравого смысла стало недостаточно для защиты общества. Представление о ней менялось на протяжении долгого периода времени, выдвигались теории, ставились догадки и т. д. 
Криминалистические исследования, проведенные за много лет, а также исследования предмета, объекта, природы, функции науки криминалистики и достижений других наук, позволили основать прочную научную базу для борьбы с преступностью уголовно-правовыми средствами. 
Криминалистика исследует взаимодействие материальных объектов и людей, изучает социальные явления в области уголовно – правовых отношений, а также органическую и неорганическую природу, то есть то, что является объектом изучения естественных и теоретических наук. Деятельность по раскрытию и расследованию изучается не только криминалистической наукой, но и, судебной психологией, уголовно – процессуальным правом и т. п. Какое же место занимает криминалистика в системе других наук? Каковы ее предмет, задачи? 
Перед криминалистикой как учебной дисциплиной также стоит множество задач: систематизировать приобретенный научный опыт в систему курса, позволяющего получить необходимые знания и использовать их с максимальной отдачей; научить студентов, слушателей мыслить криминалистически и действовать, используя приобретённые знания, навыки и умения при осуществлении положений соответствующих законов и подзаконных актов в рамках той юридической специальности в правоохранительных органах, в которой предстоит работать. 
Криминалистика незаменимая дисциплина, для тех, кто в будущем собирается стать специалистом, прокурором, следователем и т. д. Но ее изучение осложняется рядом причин. Она обязана поспособствовать оптимальному использованию норм уголовного и уголовно – процессуального закона, комплекса юридических и других наук, применяя свои рекомендации при предупреждении, обнаружении и раскрытии преступлений. 
Необходимо учитывать отличия курса криминалистики как учебной дисциплины по ряду признаков от криминалистики как науки. В качестве учебной дисциплины криминалистика имеет свои цели, ради которых она создана, структуру и систему. 
Традиционная модель криминалистики включает пять разделов, в юридических учебных центрах изучается по схеме, которая зеркально отражает систему данной науки. В настоящее время традиционный подход устарел из-за несоответствия должному уровню развития и состояния современной науки и образования. Более совершенной и действующей, по сравнению с традиционной, считается двухчасовая модель курса криминалистики, которая построена на основе изложенных подходов. Усвоение криминалистических знаний и их использование на практике является более продуктивным. Также данная система рассчитана на подготовку профессионалов различных юридических специальностей, поскольку в курс включены материалы, изображающие схему практического следования в уголовном судопроизводстве. Полученные знания могут стать полезными для судей, прокуроров, экспертов, оперативных работников органов дознания и других участников уголовного процесса. 
Данная работа включает введение, заключение и главы. Введение является структурной частью основного текста, вводящей в суть рассмотрения криминалистики в качестве науки и учебной дисциплины. В нем обосновывается актуальность выбранной темы, ее значимость, а также определяется круг вопросов, которые будут освещены в данной работе. В главах детально рассматриваются вопросы, которые касаются различных аспектов криминалистической науки и криминалистической дисциплины; подробно освещаются вопросы системы, развития и места криминалистической науки и дисциплины. В заключении суммируются основные положения работы, даются объяснения полученных результатов, оценивается их значение, даются рекомендации по улучшению системы преподавания. На базе собранного материала строились выводы о развитии, структуре криминалистической науки и криминалистической дисциплины. 
Использованная литература, в основном, теоретического содержания поскольку сама тема работы требует анализа многочисленных взглядов различных авторов в процессе развития криминалистических идей. Были использованы труды известных криминалистов: Ароцкера Л. Е., Белкина Р. С., Винберга А. И., Митричева С. П. и других известных теоретиков криминалистики, а также другие источники и нормативные материалы. 
Выяснение всех выше перечисленных вопросов, ответы на которые дадут представление о роль и значении криминалистики как науки и криминалистики как учебной дисциплины является основной целью работы. 
1 Криминалистика как наука 
1.	Понятие криминалистики как науки 
Как всякая самостоятельная область научного знания криминалистика имеет свой предмет, решает свои специфические задачи, с помощью обширного арсенала методов научного исследования. Ее развитие происходит по определенным законам, представляющим собой модификацию общих законов развития научного знания: закон непрерывности накопления научного знания, закон интеграции и дифференциации научного знания, закон связи и взаимного влияния науки и практики и т.п. 
Понятие криминалистики может быть определено предварительным исследованием объектов, природы, предмета и функций науки. Под объектом науки понимается конкретная сфера, объект действительности; под предметом - определенный срез (часть) объекта познания. Проблема предмета науки приобретает остроту тогда, когда один и тот же объект исследуется различными науками. Если объект познания изучает только одна наука, то надобности в разграничении объекта и предмета науки не возникает, достаточно определить объект науки. 
Ученые выделяют два вида основных объектов науки. К первому отнесены преступление, преступная (криминальная) деятельность и поведение преступника. В криминалистическом аспекте (поведение преступника) - это динамичная система поведенческих актов до, во время и после совершения преступления, направленных на подготовку, совершение, сокрытие преступления, использование криминального результата, содействия или воспрепятствование раскрытию преступного деяния либо относящихся к различным вариантам деструктивного поведения (уликам поведения), свидетельствующих о пристрастности субъекта к преступлению 
Смещение акцента на исследование поведения преступника вполне закономерно, поскольку криминалистическая характеристика в современном понимании есть синтез информации о преступном и некриминальном. Понятие поведения преступника вбирает в себя обе стороны поведенческих актов лица, совершившего преступление. 
Таким образом, криминалистика изучает поведение преступника наиболее полно, во всех вариантах и на всех этапах поведения, а область знаний, именуемая криминалистической характеристикой преступления, связана с исследованием проблем моделирования поведения преступника. 
От выявления в полном объеме объектов науки зависит в значительной мере адекватное определение природы науки. Каждая наука, в том числе и криминалистика, представляет собой информационную модель познаваемого объекта. Идентичные по сути науки вместе с тем различаются по природе. В структуре научной деятельности специфика усматривается в объектах познания и, следовательно, в используемых методах. Значит, объекты и методы познания определяют природу той или иной науки. Фундаментальное деление наук на три класса проведено по объекту познания (естественные, технические и социальные). 
Криминалистика занимает особое место в системе наук, поскольку исследует взаимодействие как материальных объектов, так и людей. В отличие от смежных юридических наук, криминалистика изучает не только социальные явления в сфере уголовно-правовых отношений, но и органическую и неорганическую природу - объект познания естественных и теоретических наук. Специфика познаваемого комплекса объектов обуславливает необходимость активного использования в криминалистике данных иных наук. 
Криминалистика возникла на стыке общественных, естественных и технических наук, ввиду действия общей закономерности их интеграции. Г.А. Матусовский проследил связь криминалистики более чем с 64 науками: философией, математикой, естественными, техническими и юридическими науками, в том числе с дисциплинами, расположенными на стыке “материнских” и юридических наук (судебная этика, психология, медицина, психиатрия и др.). 
Все сказанное свидетельствует об интегративной природе криминалистики, концепция которой была предложена Р.С. Белкиным в 1994 году. Как правильно пишет В. Д. Лаврухин, “ интегративная природа криминалистики настолько всеобъемлюща, что есть все основания отнести ее к особому - четвертому классу наук мультинтегративного типа. Однако, - пишет он дальше, - это не означает, что криминалистика - конгломерат сведений, заимствованных из иных наук; данные наук криминалистика использует не механически, а творчески приспосабливая их к решению своих задач. Криминалистика - самостоятельная наука, поскольку имеет свои специфические объекты, предмет, методологию и задачи исследований”. 
Таким образом, наиболее удачное определение криминалистике дал, А.А. Эйсман: криминалистика - “это наука интегративного типа, изучающая поведение преступника, процесс и результаты отражения расследуемых событий в окружающей среде, познавательную деятельность сотрудников правоохранительных органов и разрабатывающая с учетом установленных закономерностей методологические теории, научно-технические средства, приемы и методы в целях оптимизации взаимосвязанных процессов использования собранной информации в доказательствах по уголовному делу, обнаружения, раскрытия и предупреждения преступления”. 
  
1. 2 Система, функции, методы, источники криминалистики как науки 
Научное знание не есть случайное, разрозненное, интуитивное, обыденное знание. Научное знание отличается от других видов знания рядом существенных признаков. Во-первых, это обобщенное на ряде уровней типологическое знание. Во-вторых, это — целостное знание о всем комплексе существенных сторон, аспектов, связей и отношений объекта науки. В-третьих, это систематизированное на основе принятой интегративной идеи (системообразующего фактора) знание. 
Система науки строится с целью выявления и описания достигнутых результатов научного познания и конструирования во всей их полноте, а также для продуктивного использования накопленного знания на пути продвижения к новым результатам. 
Сложившаяся система криминалистики как науки состоит из пяти частей (разделов): 1) теории и методологии криминалистики; 2) криминалистической техники; 3) криминалистической тактики; 4) криминалистической методики; 5) организация и раскрытие преступлений. Первый раздел криминалистики — теория криминалистики — открытая, непрерывно развивающаяся система. Она подразделяется на общую теорию и совокупность частных теорий и учений. 
Общая теория криминалистики — это идеальная информационная модель, содержащая описание и объяснение объектно-предметной области данной науки на уровне общего знания об этой сфере практического следоведения. Эту область криминалистики можно даже назвать общей типовой информационной моделью практического следоведения в уголовном судопроизводстве. 
Каждая из частных криминалистических теорий (учений) также представляет собой систему теоретических положений (представлений), но более низкого уровня. Главная отличительная черта частной криминалистической теории заключается в том, что она содержит не полномасштабное знание об объекте криминалистики, а лишь знание о какой-то стороне, аспекте, части объекта (о том или ином виде, направлении ППД в уголовном производстве, о том или ином элементе, компоненте этой деятельности). Сказанное не означает того, что общая теория криминалистики, как считают некоторые ученые, представляет собой арифметическую сумму знаний, добытых в рамках частных теорий (учений). Общая теория несет в себе принципиально новый, более высокий тип научного знания об объекте познания, формирующийся не путем механического соединения частей, а на основе творчески осмысленных, переработанных и систематизированных результатов, полученных при научной разработке частных проблем. Качественно новое системное образование не может быть построено либо выведено из эклектического соединения систем более низкого порядка. Любая сущность тождественна только себе и ничему другому. 
Для создания общей теории, подчеркнем это еще раз, совершенно недостаточно простого сложения частных теорий. Впрочем, в этом количественно-арифметическом подходе нет никакой необходимости, поскольку выход на более высокий уровень знания требует принципиально иной методологии. 
Из сказанного отнюдь не вытекает того, что общая и частные теории криминалистики — две полностью независимые системы, непохожие во всех отношениях. Они органично, можно сказать, родственно связаны между собой. Их корни одной природы. Они уходят в общий фрагмент реальной действительности. Взаимосвязанные, взаимозависимые и взаимообусловленные, эти две части одного целостного образования находятся в состоянии постоянного взаимодействия, взаимовлияния и взаимообогащения. Развитие идей в области общей теории стимулирует развитие идей в системе частнокриминалистических теорий. И наоборот — развитие последней системы способствует развитию общей теории, содействует выходу последней на более высокий уровень знаний. 
В последние годы отмечено бурное развитие частнокриминалистических теорий по самым различным направлениям. Совершенствуются традиционные теории и учения, формируются новые, ранее отсутствовавшие теоретические концепции и конструкции. Одни из них имеют отношение к формированию и развитию знания преимущественно о тех или иных сторонах познаваемой в уголовном судопроизводстве системы. (Учения о криминалистической характеристике преступлений, о способе совершения преступления, о следах преступления, криминалистическая виктимология, теория криминалистического признака и т.д.) 
Другие теории и учения непосредственно связаны с разработкой проблематики, характеризующей криминалистические аспекты уголовного судопроизводства (теории предварительной проверки, тактической операции, криминалистического моделирования, криминалистической идентификации и т.д.). 
Еще одну подсистему первого раздела криминалистики образует методология данной науки. Методологию можно определить как систему средств, методов, процедур, методического инструментария, используемых в ходе научных исследований для получения знания о познаваемых объектах и его использования при разработке научной продукции теоретического и прикладного характера. 
Второй раздел криминалистики — криминалистическая техника состоит из двух частей: общих положений криминалистической техники; отдельных отраслей технической криминалистики (трасология, криминалистическая баллистика и др.). 
В третьем разделе криминалистика рассматривает проблемы криминалистической тактики, который в свою очередь состоит из двух частей: общей и особенной. 
В общей части (в общих положениях) криминалистической тактики рассматриваются основные понятия, приемы, правила, которые могут применяться при подготовке и производстве различных следственных действий, а также приемы и правила подготовки и производства определенных (криминалистически сходных) групп следственных действий. Вторая часть раздела посвящена организационно-тактическим аспектам подготовки и производства отдельных видов следственных действий (например, тактика проведения очной ставки и т.д.). 
В четвертом и пятом разделах криминалистики рассматриваются проблемы соответственно криминалистической методики расследования и организации раскрытия преступлений. 
Заключительный (пятый) раздел криминалистики состоит из общих положений (теоретических основ данного раздела), а также методик организации раскрытия преступлений, методик расследования определенных категорий (групп, видов и разновидностей) преступлений. 
Криминалистика — “живая”, динамично развивающаяся область научного знания, чутко прислушивающаяся к запросам практики, все время держащая руку на пульсе ее потребностей и адекватно реагирующая на них. Она не подвержена конъюнктурным влияниям, в меньшей степени, чем другие юридические науки, зависит от смены политических режимов, экономических курсов, социальных катаклизмов. Она не умозрительна, а естественна и объективна по своей сути и реальна, как реальна преступность и необходимость борьбы с ней. Этим и объясняется непрерывность криминалистических исследований теоретического и прикладного характера. 
Познание криминалистикой комплекса перечисленных объективных закономерностей и объективно действующих факторов необходимо для решения стоящих перед ней задач. 
Как отмечает Н.А. Селиванов, “задачи криминалистики определяют смысл существования и направления развития криминалистической науки”. Различаются общая (или главная) задача, специальные и конкретные задачи. Общая задача, которую решает криминалистика вместе с другими науками родственной группы, исследующие преступность как социальное явление, - это как пишет Н.И. Порубов, “обеспечение быстрого и полного раскрытия преступления, изобличение виновных, предотвращение и пресечение всех уголовно наказуемых посягательств, то есть содействие борьбе с преступностью своими специфическими криминалистическими средствами и методами”. Из этой общей задачи вытекают специальные задачи, характерные именно для данной науки, отражающей ее специфику. Обобщив перечисленные в литературе, к их числу отнесем: изучение закономерностей возникновения, собирания, исследования оценки и использования доказательств как необходимое условие развития теоретических основ криминалистики и повышения эффективности ее рекомендаций; разработка и совершенствование технических средств, тактических приемов и методических рекомендаций по собиранию, исследованию и использованию доказательств; разработка и совершенствование организационных тактических и методический основ предварительного следствия и судебного разбирательства; разработка и совершенствование криминалистических средств, приемов, методов предупреждения преступления; изучение криминалистики зарубежных стран, использование положительного опыта, накопленного за рубежом, установление двусторонних и многосторонних связей с целью борьбы с преступностью. 
Общая и специальные задачи криминалистики реализуются через решение конкретных задач науки. 
Конкретная задача — это та, которую наука решает на данном этапе, которая носит более или менее временный характер. Конкретную задачу может решать криминалистика в целом, т. е. все ее разделы; решением конкретной задачи может заниматься один из разделов науки или даже одна из частей этого раздела. Иными словами, объем конкретных задач может быть различным, причем сами задачи могут относиться как к теории науки, ее связям с другими областями знания, так и к научной “продукции”, потребность в которой возникла у практики. 
Наряду с конкретными задачами, стоящими перед криминалистикой в целом, на этом этапе ставятся и более узкие задачи: разработка методики расследования хищений государственного и общественного имущества, научных основ отдельных видов криминалистической экспертизы (С. П. Митричев), изыскание способов применения физических методов в криминалистике, исследования микрочастиц (А. И. Винберг), разработка проблем криминалистической версии и планирования расследования (Г. Н. Александров) и др. 
В начале современного этапа развития криминалистики — этапа создания общей теории науки — наряду с задачами чисто теоретического характера формулируются конкретные задачи практического содержания: расширение объема используемых в криминалистической тактике данных психологии и логики, применение достижений кибернетики, разработка вопросов предварительного исследования объектов экспертизы следователем, методики установления в процессе расследования причин и условий, способствующих совершению преступлений . 
Наконец, в настоящее время называют такие конкретные задачи науки, как пересмотр системы тактических приемов, классификация способов совершения преступлений, разработка тактики судебных действий, рекомендаций по использованию в расследовании помощи общественности, тактики новых следственных действий и др. 
Помимо детализации направлений научных исследований, конкретные задачи имеют значение для определения потенциала криминалистической науки, т. е. наличия у нее определенных возможностей для решения этих задач. Эти возможности, разумеется, во многом зависят от общественных запросов и интересов, определяющих не только выделение средств на научные исследования, но и общественную оценку их результатов. “Однако, — как правильно указывает И. Г. Герасимов, — какую бы важную роль ни играла “общественная атмосфера”, складывающаяся вокруг науки, ее возможности существенно зависят от особенностей самой науки, от состояния и уровня ее развития”. Комплекс параметров, характеризующих и определяющих собственные возможности науки, обычно и обозначается как потенциал науки. 
Общая и специальная задачи криминалистики реализуются через решение на данном этапе ряда конкретных задач, которые носят более или менее временный характер. Конкретная задача может решаться криминалистикой в целом (то есть всеми ее разделами) или одним из ее разделов или даже одной из частей этого раздела. Таким образом, объем конкретных задач может быть различным, а сами задачи могут относится как к теории науки, ее связями с другими областями знания, так и к научной “продукции”, заказ на которую науке дает практика борьбы с преступностью. Конкретные задачи играют значительную роль при определении направлений развития криминалистики, сосредоточения научного потенциала на разработке действительно актуальных для практики проблем. 
Методы криминалистики — это способы решения научных задач в процессе криминалистических исследований теоретического и прикладного характера. По своему названию, процедурным моментам и некоторым другим признакам методы криминалистики нередко совпадают с теми методами, которые используются в практике правоприменительных органов. Однако методы науки нельзя путать с методами практики, нельзя подменять методами практики методы науки и наоборот, поскольку одни от других отличаются целями и задачами, формой, субъектами применения, кругом и характером познаваемых объектов, условиями получения и использования знаний о них. Нельзя также не учитывать, что часто то, что является методом решения какой-либо задачи на практике, относится к числу продуктов, результатов научного творчества, знания, полученного на основе применения каких-либо методов науки. 
В криминалистических научных исследованиях применяются: 1) общенаучные познавательные методы, теоретически осмысленные философской и некоторыми другими науками (к их числу относятся наблюдение, измерение, описание, сравнение, эксперимент, моделирование, математические методы и т.д.); 2) отраслевые методы, теория которых разрабатывается в физике, химии, социологии и в других конкретных отраслях науки (они подразделяются на естественно-научные и методы гуманитарных наук); 3) специфически криминалистические (специальные методы криминалистики). Причем последние чисто криминалистическими не являются. Они представляют собой специфические модификации каких-либо более общих методов, которые соответствующим образом адаптированы, приспособлены для целей криминалистических исследований с учетом их специфики. 
Как показывает анализ практики научных криминалистических исследований, в них наиболее часто в последние годы используются следующие методы: логико-юридический анализ; системно-структурный подход; принципы целостности, системности, историзма, интервьюирование и анкетирование; гипотеза; наблюдение; измерение; описание; эксперимент; моделирование; идентификация. 
Основными источниками информации криминалистических исследований являются: 
— законы и другие нормативные акты (включая подзаконные), регулирующие борьбу с правонарушениями, иные сферы деятельности и отношения, исследуемые в уголовном процессе; 
— данные уголовной, моральной и народно-хозяйственной статистики; 
— материалы уголовных и иных дел, различных проверок, проводимых правоохранительными органами, другие документы прокурорской, следственной, экспертной, оперативно-розыскной, судебной практики, а также документы и данные контролирующих органов, используемые в работе по выявлению, раскрытию, предупреждению преступлений; 
— теоретическая, методическая, справочная литература, научно-технические достижения, иные продукты научного творчества в сфере юридической и неюридической, а также данные, характеризующие опыт и результаты их практического использования в различных областях народного хозяйства, оборонительного комплекса, в следственной практике; 
— мнения, оценки, выводы, идеи, предложения, иные инициативы определенных групп населения (следователей, прокуроров, экспертов, судей, работников органов дознания, свидетелей, потерпевших, обвиняемых и т.д.), полезные с точки зрения оптимизации научных исследований и внедрения полученных результатов в практику борьбы с преступностью. 
Система указанных источников сформировалась отнюдь не случайно. Их круг и характер находятся в органичной взаимосвязи с принципами научных криминалистических исследований (иначе говоря, законами развития данной науки). В число специфических принципов включаются такие: 
— обусловленность криминалистических исследований потребностями практических органов, ведущих борьбу с противоправными, общественно опасными деяниями; 
— принцип связи и преемственности между ранее существовавшими, существующими, возникающими в криминалистике концепциями; 
— принцип активного, целенаправленного, творческого изучения криминалистами достижений других наук юридического и неюридического профилей, приспособления их для целей своей науки и поисково-познавательной деятельности в уголовном процессе; 
— принцип изучения достижений и передового опыта оперативно-розыскной, экспертной, следственной, судебной практики и использования его в научных разработках; 
— принцип использования и учета в криминалистических исследованиях данных о состоянии, структуре, динамике, тенденциях развития общественно опасных проявлений в нашей стране и за ее пределами, данных о других изучаемых социальных процессах; 
o	принцип использования в научных разработках положений законов и другого нормативного материала, регулирующего борьбу с преступностью и другими негативными явлениями, а также данных об эффективности результатах его применения на практике. 
Плодотворному решению криминалистических задач способствуют научно-технический прогресс, достижения в различных областях научной и практической юриспруденции, других отраслях науки и практики. 
Отслеживая позитивные процессы, протекающие в окружающей научной и практической среде, криминалисты истребуют и соответствующим образом адаптируют их достижения применительно к нуждам, задачам и условиям решения последних в уголовном судопроизводстве. 
После этого, уже как продукт криминалистического творчества, они рекомендуются для использования работникам правоохранительных органов. 
Познание криминалистической науки невозможно без определения её предмета, функций и задач стоящими перед этой наукой. Ведь на основе имеющихся данных можно прогнозировать дальнейшее развитие криминалистической науки, строить криминалистические теории и понять само назначение криминалистической науки. Таким образом, в этой главе даны основополагающие начала, от которых следует отходить при дальнейшем изучении данной темы. 

                  2. Место криминалистической науки в системе научного знания 
1.	Развитие научных представлений о природе криминалистики 
Развитие любой конкретной науки в известной степени определяется представлением о ее месте в системе научного знания. В истории криминалистической науки решение этого вопроса имело существенное значение как для определения ее служебной функции и роли в уголовном судопроизводстве, так и для уяснения источников тех данных, за счет использования которых растет арсенал криминалистических средств и методов борьбы с преступностью. 
Рассматривая формирование научных представлений о природе криминалистики и ее месте в системе наук, можно выделить несколько концепций решения этого вопроса, либо исторически сменявших друг друга, либо сосуществовавших на протяжении какого-то периода развития науки. 
Криминалистика — техническая или естественно-техническая наука . Взгляды на криминалистику как на техническую или естественно-техническую науку характерны для этапа ее становления как самостоятельной области знаний. Как нам представляется, причиной такой оценки природы криминалистики являлось стремление отмежеваться от классической правовой уголовно-процессуальной науки. Подчеркивая, что криминалистика — это прикладная техническая дисциплина, сторонники этой концепции тем самым хотели доказать невозможность существования и развития криминалистических и процессуальных знаний в рамках одной науки и необходимость их отпочкования. С позиций решения этой задачи рассматриваемая концепция известное время играла прогрессивную роль. Ее наиболее откровенными сторонниками в отечественной криминалистике были Г. Ю. Манне и Е. У. Зицер. 
Г. Ю. Манне, рассматривая криминалистику как прикладную техническую дисциплину, подчеркивал ее происхождение от уголовно-процессуальной теории и связь с уголовно-процессуальным правом . E. У. Зицер придерживался аналогичных взглядов. 
Опровергая взгляд на криминалистику как на техническую дисциплину, но избегая называть ее правовой наукой, Б. М. Шавер несколько двусмысленно утверждал, что она изучает неправовые приемы и методы работы с доказательствами, чем дал повод для некоторых ученых-процессуалистов присоединиться к позиции Г. Ю. Маннса и E. У. Зицера уже в более позднее время. 
Для доказательства технической природы криминалистики некоторые ученые избрали другой путь. На долю криминалистики они оставляли только криминалистическую технику, а также и методику включали в науку уголовного процесса. Таким образом, криминалистика опять оказывалась пресловутой “полицейской техникой” или “научной полицией”, как ее понимали Ничефоро, Рейсе и некоторые другие зарубежные криминалисты. Так, М. С. Строгович пришел к выводу, что “криминалистика строится как уголовная техника”, тактика же должна включаться в общий курс уголовного процесса, а методика расследования — в его специальный курс. 
К точке зрения М. С. Строговича присоединился другой видный отечественный процессуалист — М. А. Чельцов, который писал: “Криминалистика является неправовой наукой и не может заниматься разработкой методов проведения процессуально правовых действий. Вся так называемая криминалистическая тактика есть тактика процессуальная. Область же криминалистики — это техника обнаружения, закрепления и обработки вещественных доказательств, построенная на применении методов естественных и технических наук, приспособленных к специальным целям уголовного процесса”. 
Криминалистика – наука двойственной природы (естественно-технической и уголовно-правовой). Взгляд на криминалистику как на техническую дисциплину сковывал ее развитие и ограничивал сферу ее рекомендаций. Практика борьбы с преступностью настоятельно требовала разработки тактики и методики расследования; ведущие представители уголовно-процессуальной науки, объявившие о намерении разрабатывать эти вопросы, дальше деклараций в этой области не пошли. Сама жизнь поставила на повестку дня вопрос о пересмотре оценки криминалистики как дисциплины только технической. Практически одновременно возникли две новые концепции природы криминалистики. Одна из них заключалась в том, что криминалистика рассматривалась в одной своей части как техническая, а в другой — как правовая наука. Согласно второй концепции криминалистика признавалась правовой наукой. 
Наиболее отчетливо взгляд на криминалистику как науку, которая имеет двойственную природу, был сформулирован П. И. Тарасовым-Родионовым. Он писал: “Продолжающийся еще и в настоящее время спор по вопросу о природе криминалистической науки объясняется в известной мере наличием в этой науке двух направлений, что игнорируют не только процессуалисты, но и часть криминалистов. Первым и основным в криминалистической науке является направление о раскрытии и расследовании преступления. В этой своей основной части отечественная криминалистика является правовой наукой, вооружающей следователя в его почетной и ответственной работе по борьбе с преступностью. Но в криминалистике есть и второе направление — о методах исследования отдельных видов вещественных доказательств, причем эти исследования производятся на основе переработанных и приспособленных в этих целях данных естественных и технических наук. Это второе направление криминалистической науки носит технический, а не правовой характер”. Отличие позиции П. И. Тарасова-Родионова от позиции его предшественников заключается, таким образом, в том, что если последние рассматривали как технические все рекомендации криминалистики, в том числе и рекомендации в области тактики, которые затем были отнесены процессуалистами к их науке, то он “вернул” криминалистике тактику и методику расследования, объявил их правовой частью или направлением криминалистики, но в то же время в рамках единой науки усмотрел наличие и технической части или направления. 
Можно полагать, что взгляды П. И. Тарасова-Родионова в известной степени оказали влияние на позицию некоторых процессуалистов. Например, Н. Н. Полянский также, правда с оговорками, придерживается мнения о двойственной природе криминалистики, а М. С. Строгович теперь уже признает наличие в криминалистике и правовой части, “уголовно-процессуальной дисциплины”, как он ее называет. Эти высказывания перечисленных авторов уже можно расценивать как известное отступление в пользу криминалистики. 
Половинчатое решение вопроса о природе криминалистики П. И. Тарасовым-Родионовым, как уже отмечалось, по времени совпало с возникновением представления о ней только как о правовой науке. Естественно, что сторонники этой концепции подвергли критике как причисление криминалистики к техническим дисциплинам, так и взгляды П. И. Тарасова-Родионова. “В концепции П. И. Тарасова-Родионова о двух направлениях в криминалистике, — писал в те годы А. И. Винберг, — неправильно отображаются действительно имеющиеся в криминалистической науке два неразрывно связанных раздела: криминалистическая техника и тактика... Криминалистическая техника вне криминалистической тактики беспредметна. Все достижения криминалистической техники реализуются в правовой деятельности органов суда и следствия через криминалистическую тактику. Криминалистическая техника и криминалистическая тактика в значительной степени определяют научное содержание методики расследования преступлений, в которой они синтезируются”. 
Если взгляд на криминалистику как на техническую науку повлек за собой попытку некоторых ученых “изъять” из нее вопросы тактики и методики, то концепция П. И. Тарасова-Родионова дала повод для предложений о выделении из криминалистики в самостоятельную дисциплину криминалистической экспертизы. Несмотря на то, что эти предложения были подвергнуты резкой и обоснованной критике С. П. Митричевым, А. И. Винбергом и другими авторами, они оказались весьма живучими и вновь были выдвинуты уже в конце 50-х годов . 
Криминалистика — юридическая наука. Взгляд на криминалистику как на юридическую науку сформировался в 1952—1955 гг. и впоследствии стал господствующим как в криминалистике, так и в правовой науке в целом. Первыми с обоснованием этой концепции выступили С. П. Митричев, А. И. Винберг, Г. Б. Карнович, В. Г. Во время дискуссии о предмете криминалистической тактики (1955) концепция юридической природы криминалистики была поддержана А. Н. Васильевым, А. А. Пионтковским, Г. Н. Александровым, Н. В. Терзиевым, С. А. Голунским и другими участниками дискуссии. 
Содержание этой концепции и ее обоснование в настоящее время заключаются в следующем: 
1) криминалистика является правовой наукой, ибо ее предмет и объекты познания лежат в сфере правовых явлений; 
2) криминалистика является правовой наукой, так как ее служебная функция, решаемые ею задачи относятся к правовой сфере деятельности государственных органов, к правовым процессам (расследование, судебное разбирательство); 
3) все рекомендации, разрабатываемые криминалистикой для практики, носят строго выраженный правовой характер, основаны на законе, соответствуют его духу и букве; они вызваны к жизни потребностью ликвидации в нашей стране преступности и “развивались в советском уголовном процессе лишь с единственной целью оказания научной помощи следственным и судебным органам в отыскании истины по делу”; 
4) криминалистика связана со многими науками — как общественными, так техническими и естественными, но связи эти носят преимущественно частный и локальный характер, тогда как основной “питательной средой” для криминалистики является право, правовые науки, следственная, судебная и экспертная практика; наконец, исторически криминалистика зародилась в рамках именно правовой — уголовно-процессуальной — науки. 
Полностью разделяя эту концепцию, следует отметить, что в отличие от предыдущих она подтвердила свою жизненность. Мы не видим, в данном случае, оснований для ее пересмотра ни в настоящее время, ни в обозримом будущем, несмотря на процессы дифференциации и интеграции научного знания, которые не могут не затронуть криминалистику. Основанием для такого вывода служит анализ взглядов некоторых ученых, пытающихся в последнее время несколько изменить или “исправить” представление о правовой природе криминалистики. 
Так, например, в 1963 г. А. А. Эйсман высказал мнение о возможности характеризовать криминалистику одновременно и как юридическую и как естественно-техническую науку. В подтверждение этого взгляда он сослался на мнение специалиста в области теории государства и права А. Ф. Шебанова, который включил криминалистику в группу таких юридических наук, которые “по своему содержанию... относятся в большей своей части к наукам естественным и техническим” , и на тезис С. П. Митричева о том, что криминалистика является юридической наукой, изучающей, помимо прочего, и технические средства выполнения процессуальных действий . Двойственный характер криминалистики, по мысли А. А. Эйсмана, объясняется двойственностью ее содержания, а также тем, что она является переходной, или пограничной, наукой, подобно физической химии, химической физике, биохимии и т. п. 
Едва ли можно согласиться как с данной точкой зрения А. А. Эйсмана, так и с ее обоснованием. 
Начнем с того, что А. Ф. Шебанов, относя криминалистику в большей ее части к наукам естественным и техническим, явно придерживается изложенной выше концепции двойственной природы криминалистики, которая исходит не из двойственной оценки криминалистики в целом, а из различной оценки различных частей данной науки . 
То, что, по мнению С. П. Митричева, криминалистика, являясь юридической наукой, изучает технические средства, вовсе не дает оснований считать криминалистику не только юридической, но и технической наукой по следующим причинам. Во-первых, термин “техника” в криминалистике в значительной степени имеет условное значение; во-вторых, даже если отвлечься от этого, то и тогда нельзя не учитывать, что технические средства составляют только часть, и притом небольшую, содержания криминалистики и уже поэтому они не могут определять природу всей науки; и, наконец, в-третьих, из сказанного С. П. Митричевым вовсе не следует, что юридическая наука, изучающая некоторые технические средства, в силу этого становится и технической. Технические средства изучают, например, и археология, и науковедение, которые, несмотря на это, отнюдь не считаются техническими науками. 
Нам кажется, что бездоказательным является и сравнение криминалистики с биохимией или физической химией. Это действительно переходные, а точнее — промежуточные, науки, расположенные на стыках между биологией и химией, физикой и химией. Но понятие переходной науки вовсе не тождественно понятию науки пограничной. Пограничная наука не соединяет в себе начал двух разнородных наук. Она лежит на границе двух родов наук, но принадлежит только одному из них, а не обоим сразу. Криминалистика граничит с естественными и техническими науками, но принадлежит к юридическим наукам. Точно так же если бросить взгляд “с другой стороны”, например со стороны естественных наук, то можно сказать, что судебная медицина является пограничной наукой — лежит на границе между медицинскими и юридическими науками, но остается медицинской наукой и не приобретает в силу своего “территориального” положения качеств науки юридической. Использование же криминалистикой методов других наук еще не дает основания пересматривать вопрос о ее природе. 
Противоречивую позицию в вопросе о природе криминалистики занимает А. Н. Васильев. Наряду с многочисленными утверждениями о том, что это наука юридическая, в его выступлениях иногда выражается солидарность с взглядами М. С. Строговича, о которых уже говорилось выше, или содержатся высказывания о том, что криминалистика “не чисто юридическая” наука. К чему это приводит, автор постарался показать при анализе предложенных А. Н. Васильевым определений предмета криминалистики. 
Мнение о юридическом характере криминалистики в настоящее время разделяется большинством процессуалистов и ученых других юридических специальностей. Правда, иногда еще предпринимаются попытки как-то отделить криминалистику от других правовых наук, объявляя ее не правовой, а юридической наукой, усматривая различие в этих терминах вопреки элементарной логике. Однако эти попытки не заслуживают серьезного внимания. 
В настоящий момент среди отечественных криминалистов сформировалось следующее мнение. 
Криминалистика является отраслью юридической науки. На это указывает ряд обстоятельств: 
—объектно-предметная область криминалистики самым непосредственным образом связана со сферой правовых явлений и отношений; 
— реализация практических функций, целей и задач криминалистики направлена на удовлетворение потребностей правоприменительной деятельности, практики государственных органов, ведущих борьбу с преступностью; 
— разрабатываемая в криминалистике научная продукция носит четко выраженный правовой характер, основана на законе, соответствует закону и ориентирует практиков на безусловное выполнение законов; 
— правовые науки, следственная, прокурорская, оперативно-розыскная, экспертная и судебная практика — основная “питательная среда” для криминалистики, зародившейся в недрах уголовно-процессуальной науки. 
Как составная часть юридической науки, криминалистика входит в группу наук так называемого уголовно-правового (криминального) цикла (наряду с криминалистикой сюда же отнесены уголовно-правовая и уголовно-процессуальная науки, криминология, судебная статистика, судебные медицина и психиатрия, теория оперативно-розыскной деятельности и ряд других дисциплин). 
Большое значение для развития криминалистики, совершенствования ее научной продукции как теоретического, так и прикладного характера, имеют достижения естественных, технических, общественных наук. В криминалистике активно и плодотворно реализуются многие идеи, теории, подходы, методы философской науки (в частности, логики), психологии, медицины, науки управления, социологии, физики, химии, других наук неюридического профиля. 
  
2.2 Место криминалистической науки в системе юридических наук 
Для того чтобы правильно определить место криминалистики в системе юридических наук и ее связи со смежными науками этого рода, следует вначале хотя бы вкратце остановиться на классификации юридических наук. 
Юридические науки относятся к классу общественных наук. В теории государства и права юридические науки обычно делятся на общетеоретические (теория и история государства и права) и конкретные. Последние подразделяются на отраслевые, т. е. те, которые изучают отдельные отрасли права (государственное, финансовое, административное, уголовное, процессуальное и др.), межотраслевые — типа жилищного, хозяйственного, транспортного права, и специальные. 
В соответствии с этой классификацией криминалистика относится к числу специальных юридических наук, которым не соответствует какая-то определенная отрасль права или группа норм из разных отраслей права. Вместе с криминалистикой в эту группу входят криминология, судебная статистика и некоторые другие науки. Однако принадлежность криминалистики к этой группе наук вовсе не означает, что она наиболее тесно связана именно с ними. С точки зрения интенсивности связей, криминалистику следует отнести к группе криминально-правовых наук, изучающих преступность и меры борьбы с ней. Формирование этой группы выходит за пределы приведенной выше классификации и поэтому в нее включаются как отраслевые, так и специальные юридические науки: уголовное право, уголовный процесс, исправительно-трудовое право, криминалистика, криминология, теория оперативно-розыскной деятельности, уголовная статистика. 
Характеризуя место криминалистики в системе научного знания, следует руководствоваться ее предметом, значением для практики борьбы с преступностью, тем влиянием, которое на криминалистику оказывают другие юридические науки и которое, в свою очередь, она оказывает на них. В связи с этим определенный интерес представляет решение вопроса о том, как следует понимать отнесение криминалистики к числу прикладных наук и не лишает ли это ее права называться самостоятельной наукой. 
И. Н. Якимов, раскрывая понятие криминалистики, именуемой им тогда уголовной техникой, писал, что она, “не будучи самостоятельной научной дисциплиной... является прикладной наукой, преследующей практические цели”. Таким образом, между понятиями “прикладная наука” и “несамостоятельная наука” он ставил знак равенства. В дальнейшем такое же значение термину “прикладная наука” придавала В. Е. Коновалова, а С. П. Митричев отождествлял понятие “прикладной науки” с понятием “науки вспомогательной”. 
Предпочтительнее поэтому не отделять теоретические части наук от экспериментальных, что неизбежно происходит, когда первые под именем “теоретических наук” группируются независимо от вторых. Эта классификация представляется такой же устарелой, как и термины “созерцательные” или “описательные” науки”. 
Теми же соображениями руководствовался и Б. М. Шавер, когда возражал против отнесения криминалистики к числу прикладных наук в первоначальном смысле этого термина. Он писал: “Прикладных наук нет, а есть прикладные дисциплины, под которыми понимается совокупность знаний, определяющих порядок практического применения теоретических принципов той или иной науки. Криминалистику никак нельзя отнести к разряду прикладных дисциплин. Прикладная дисциплина всегда есть частное применение общих принципов той науки, из которых она вытекает. Принципы какой же науки выражает криминалистика? Обычно ее считают вспомогательной наукой по отношению к науке уголовного процесса, вытекающей из принципов последней, но это — полный абсурд, так как разрабатываемые криминалистикой данные вовсе не вытекают из теоретических принципов уголовного процесса, криминалистика не есть практическое применение этих принципов. Данные криминалистики всегда согласуются с данными уголовного процесса, ибо практически они применяются в процессе расследования, который регулируется уголовно-процессуальным правом, но эти данные не вытекают из теоретических принципов уголовного процесса”. 
Криминалистика, разумеется, не является вспомогательной наукой по отношению к науке уголовного процесса. Этот тезис Б. М. Шавера получил развитие в работах С. П. Митричева, А. И. Винберга и Н. Т. Малаховской и других криминалистов и не нуждается в дополнительной аргументации. 
Выяснение связей криминалистики со смежными юридическими науками одновременно есть и отграничение ее предмета от предметов этих наук, что представляет особый интерес, если учесть нашу попытку по-новому определить предмет криминалистической науки. 
Понятие предмета криминалистики взаимосвязано с понятиями предметов смежных областей знания. Поэтому, для того чтобы убедиться в отличии предмета криминалистики от предмета других наук, необходимо решить вопрос о том, являются ли специфическими именно для криминалистики круг исследуемых ею объективных закономерностей и аспект их исследования. Что касается естественных, технических и общественных неправовых наук, о которых речь еще впереди, то в этих случаях положительный ответ на этот вопрос можно получить в процессе сопоставления предмета криминалистики и предметов всех этих областей знания: ни одна из них не изучает той специфической группы закономерностей, которые составляют предмет криминалистики и это положение достаточно очевидно, чтобы не вызывать сомнений. То же самое можно сказать и об отличии криминалистики от общетеоретических наук о государстве и праве, административно-правовых, государственно-правовых и гражданско-правовых наук. С этими науками криминалистика связана через общую систему правовых наук, но они не являются ее ближайшими “соседями”. 
Криминалистика должна быть отграничена от тех правовых наук, с которыми она непосредственно взаимосвязана, т. е. от других наук “криминальной” группы: криминологии, уголовной статистики, уголовного права, уголовного процесса и теории оперативно-розыскной деятельности. 
Предметом науки криминологии являются закономерности, определяющие состояние, динамику, формы и причины преступности и меры ее предупреждения. Из этого определения следует, что криминология и криминалистика изучают разные объективные закономерности и совпадение в этой части их предметов отсутствует. 
Как видно из сказанного, криминология изучает и меры предупреждения преступности. Криминалистика также занимается разработкой мер предупреждения преступлений. Однако и в этой области нет дублирования между предметами криминалистики и криминологии. Предметом криминалистики являются такие меры предупреждения преступлений, которые относятся к техническим и тактическим. Их разработка основывается на познании закономерностей возникновения доказательств и работы с ними (например, технические меры по охране определенных объектов от преступных посягательств разрабатываются на основе изучения способов совершения соответствующих преступлений, т. е. в конечном счете, на изучении определенной разновидности процессов возникновения доказательств). Предметом криминологии является разработка системы предупредительных мер, “направленных на окончательную ликвидацию преступности и иных правонарушений и всех порождающих их причин”. В эту систему криминология включает и криминалистические меры предупреждения отдельных видов преступлений, но пользуется ими как данными науки криминалистики, т. е. сама разработкой таких мер не занимается. 
Так, по нашему мнению, должен решаться вопрос о соотношении и связи предметов криминалистики и криминологии. 
Уголовное право, как наука изучает закономерности, определяющие виды и формы преступных посягательств, процесс развития преступной деятельности, виды наказаний и условия их применения к лицам, виновным в совершении преступлений. Из этого следует, что и в данном случае речь идет не о тех закономерностях, которые изучаются криминалистикой. Пользуясь принятой нами терминологией, можно сказать, что уголовное право изучает закономерности возникновения, формирования и развития самого отражаемого объекта, но не процесса его отражения в среде и тем более не процесса обнаружения и использования этого отражения в доказывании. Из этого, конечно, не следует, что криминалистика не связана с наукой уголовного права. Эта связь существует, и она выражается в том, что криминалистика использует разрабатываемые в уголовном праве характеристики отражаемого объекта, пользуется ими как данными. Дублирование в предметах наук отсутствует потому, что криминалистика не разрабатывает вопросов уголовного права, а берет готовые решения этой науки точно так же, как наука уголовного права не разрабатывает, а использует для своих теоретических построений уже разработанные иными науками, например медициной, отдельные положения, не включая их при этом в свой предмет. Налицо обычный процесс взаимопроникновения научных знаний в целях их взаимного обогащения и развития. 
Самым сложным вопросом в рассматриваемом аспекте является вопрос о связи и разграничении предметов криминалистики и науки уголовного процесса. Криминалистика, как область научного знания, возникла в рамках уголовно-процессуальной науки. А. А. Эйсман, по моему мнению, прав, когда пишет, что “формирование самостоятельных, специфических знаний, составляющих предмет криминалистики, нетрудно проследить исторически. Первоначально эти знания, касающиеся приемов собирания, обнаружения и исследования доказательств, выходящие за пределы собственно процессуальной теории, фигурируют в трудах процессуалистов... Лишь постепенно, возрастая по объему, накапливаясь и приобретая внутреннее единство, эти сведения оформляются в самостоятельную науку — криминалистику”. 
Правда, при ознакомлении с работами известных криминалистов может сложиться неверное мнение, что криминалистика возникла независимо от уголовно-процессуальной науки, так как многие ее теоретические положения появились на свет в процессе создания научно обоснованных регистрационно-учетных систем в связи с разработкой научных методов идентификации вначале для удовлетворения нужд сыскной и пенитенциарной практики и значительно позднее — собственно уголовного судопроизводства, когда эти положения стали разрабатываться в более или менее тесной связи с наукой уголовного процесса. Иными словами, можно подумать, что связь между криминалистикой и уголовно-процессуальной наукой (связь, но не происхождение первой от второй!) возникла лишь тогда, когда сложилась некоторая система специальных знаний, поставленных на службу борьбы с преступностью. 
Такое представление, еще встречающееся среди некоторой части криминалистов, представляется неверным по следующим причинам. Во-первых, зарождавшиеся криминалистические положения не исчерпывались теми, которые касались методов идентификации. Они касались в большей степени тактики отдельных следственных действий и разрабатывались именно процессуалистами. Во-вторых, учитывая особенности уголовного судопроизводства XIX в. Англии, Франции, Германии и других стран, где велись интенсивные поиски научных методов идентификации, нельзя считать, что учетно-регистрационная деятельность находилась там за рамками уголовного процесса и что научные методы уголовной регистрации, разрабатываемые криминалистикой, не имели, таким образом, отношения к процессуальной науке. Да и сами авторы этих методов всячески подчеркивали их значение именно для правосудия. 
Возникнув в недрах уголовно-процессуальной науки, элементы криминалистической науки по мере их развития и усложнения становились все более чужеродными по отношению к этой “материнской” области знаний. Наконец, когда степень этой чужеродности стала критической, произошел естественный акт их вычленения, отпочкования в новую науку—криминалистику. Однако как в силу происхождения от уголовно-процессуальной науки, так и в связи с тесным соприкосновением с этой наукой в процессе дальнейшего развития, отграничение криминалистических знаний от науки уголовного процесса сопряжено со значительными сложностями. Эти сложности обусловлены не только указанными причинами, но и известной общностью целей и объектов исследования обеих наук. 
При разграничении криминалистики с уголовно-процессуальной наукой, как и в иных случаях разграничения наук, следует исходить из различия тех объективных закономерностей, которые составляют ядро предметов этих наук. 
Обычно полагают, что предметом науки уголовного процесса являются нормы уголовно-процессуального права, основанная на них деятельность следственных, прокурорских и судебных органов по их применению и возникающие при этом правоотношения. Учитывая все сказанное ранее о понятии предмета науки вообще, представляется, что правильнее считать предметом уголовно-процессуальной науки специфические закономерности, которые определяют характер, содержание, последовательность и формы реализации норм уголовно-процессуального права и регулируемых ими уголовно-процессуальных правоотношений. Эти закономерности проявляются в такой системе таких процессуальных норм, в такой деятельности суда, прокуратуры, органов дознания и следствия, в таких правоотношениях, т. е. во всем том, что является не предметом науки, а объектом научного исследования, материалом для познания данных закономерностей и в то же время объектом приложения познанного, результатов познания. 
Среди этих специальных закономерностей есть и такие, которые относятся к процессу доказывания. Они проявляются в системе норм доказательственного права, форм их реализации и в возникающих при этом правоотношениях. Проявление таких закономерностей заключается в том, что от них зависят выраженные в нормах закона условия, формы, общий порядок и последовательность процессуальных действий по собиранию, исследованию и оценке доказательств, права и обязанности участников доказывания. 
Чем же отличаются специфические закономерности предмета уголовно-процессуальной науки от тех, которые изучает криминалистика? 
Начнем с того, что вне сферы воздействия закономерностей, изучаемых уголовным процессом, лежит весь процесс возникновения доказательств. Механизм возникновения доказательств “действует” вообще за рамками уголовного процесса. И доказательственное право и уголовно-процессуальная наука имеют дело только с результатом этого процесса — с возникшими доказательствами как уже существующими объективными явлениями действительности. Поэтому закономерности возникновения доказательств не являются предметом науки уголовного процесса. 
Собирание доказательств есть часть доказывания, и поэтому оно является объектом исследования уголовно-процессуальной науки. Но в этом случае ее предмет составляют не те закономерности, которые проявляются в самом содержании процесса собирания доказательств, в его механизме, которые обусловливают ''обнаруживаемость'' доказательств – это предмет криминалистики, а те закономерности, под воздействием которых формируются процессуальный порядок этого этапа доказывания, его формы и средств а, т. е. процессуальные действия. 
Этапами доказывания являются также исследование и оценка доказательств. Поэтому и они находятся в поле зрения процессуальной науки. Применительно к исследованию доказательств ее предметом являются те закономерности, которые проявляются в специфических условиях, целях и формах познания содержания доказательств. Однако закономерности, обусловливающие само содержание этого процесса познания, его динамику и методы, т. е. криминалистически интерпретированные общие закономерности познания, — это уже не предмет науки уголовного процесса, а предмет криминалистической науки. То же можно сказать и о закономерностях оценки доказательств: уголовный процесс изучает те из них, которые определяют условия этой стадии доказывания и его цель — возникновение внутреннего убеждения оценочного характера, но не криминалистически интерпретированные закономерности этого логического процесса. Что же касается использования доказательств, то здесь предметом науки уголовного процесса являются те закономерности, которые обусловливают возможность и порядок принятия процессуальных решений на основе “состояния доказанности”, т. е. достижения истины оперированием доказательствами; содержание же такого оперирования доказательствами в целях установления истины подчинено закономерностям, изучаемым криминалистикой. 
Различие в предметах криминалистической науки и уголовно-процессуальной науки вовсе не исключает частичного совпадения объектов исследования. Такое совпадение имеет место в отношении норм закона. 
Известно, что среди некоторой части криминалистов получила распространение концепция, согласно которой предметом уголовно-процессуальной науки являются нормы процессуального закона, а предметом криминалистической науки — разработка технических и тактических рекомендаций, не имеющих обязательной силы. Так, например, с точки зрения С. П. Митричева, различие между криминалистикой и уголовно-процессуальной наукой “заключается в том, что наука уголовного процесса изучает правовые нормы, соблюдение которых обязательно для всех участников процесса, криминалистическая наука же на основе этих норм разрабатывает технические и тактические рекомендации, применение которых зависит от их целесообразности в том или ином конкретном случае, исходя из интересов расследуемого дела”. 
Но не следует поддерживать данную концепцию по следующим причинам. Во-первых, даже если считать предметом науки уголовного процесса нормы уголовно-процессуального права, то, помимо них, к предмету этой науки относят еще и основанную на этих нормах деятельность суда, прокуратуры и других органов государства и возникающие в процессе этой деятельности уголовно-процессуальные отношения между ее участниками. Во-вторых, при таком разграничении науки возникает перспектива сведения криминалистической науки к небольшому числу частных технических приемов и средств работы с доказательствами, ибо процесс непрерывного улучшения и пополнения уголовно-процессуального законодательства закономерно приводит к включению в него наиболее значительных и эффективных криминалистических рекомендаций. 
2.3 Связь криминалистической науки с естественными и техническими науками 
Следует различать активное, творческое использование криминалистикой данных естественных и технических наук от ее взаимодействия с этими науками. Использование данных других на есть проявление одного из законов развития криминалистики выражается в разных формах: от использования данных об изучаемых естественными и техническими науками закономерности объективной действительности до создания на базе этих данных или на базе специальных методов этих наук специальных метод криминалистики либо ее рекомендаций практике. При этом следует подчеркнуть, что никакое использование данных иных наук означает лишения криминалистики значения самостоятельной области знаний. Криминалистика никогда не выступала только роли проводника чужих знаний. На этом неоднократно акцентировал внимание А. И. Винберг, который писал, что криминалистика — это не конгломерат разрозненных данных из области физики, химии, биологии и других наук, а знание, отличающееся качественно, новое знание. Как правильно отмечает А. А. Эйсман, “основным и главным источником знаний, образовавших содержание криминалистики, была непосредственная практика раскрытия и расследования преступлений”. Между тем отдельные юристы игнорируют эти принципиальные положения, что принижает значение криминалистики как науки. 
Взаимодействие криминалистики с естественными и техническими науками не означает поглощения этих наук криминалистикой и включения их в ее содержание либо, наоборот, поглощения ими криминалистики. Однако подчас высказываются именно такие мнения. Так, например, ряд криминалистов европейских стран (Я. Пещак, В. Солнарж, Л. Виски и др.) полагают, что судебная медицина, судебная психиатрия, судебная психология, судебная химия и некоторые другие науки, как и криминалистическая наука, содействующие своими положениями борьбе с преступностью, являются составными частями криминалистической науки. Отечественные криминалисты не разделяют этих взглядов и в большинстве своем рассматривают судебную медицину, судебную психиатрию и другие подобные отрасли знаний как отрасли соответствующих “материнских” наук, призванные обслуживать своими данными практику борьбы с преступностью. 
Данные таких наук учитываются криминалистикой при разработке ею своих рекомендаций практике. Так, например, разрабатывая тактику осмотра трупа на месте происшествия, принимают во внимание характеристику трупных явлений и их изменения во времени, признаки, позволяющие судить об орудии, которым причинялись повреждения; при разработке методики расследования убийств, изнасилований, телесных повреждений и некоторых других преступлений — возможности судебно-медицинской экспертизы и т. д. Эти данные именно учитываются, а не преобразуются криминалистикой, и оттого, что они упоминаются в соответствующих криминалистических разработках, они отнюдь не становятся криминалистическими, а их источники – частью криминалистической науки. 
Точно так же применение в криминалистике некоторых методе медицины и химии не дает основания считать те или иные разделы криминалистики или такой основывающейся на ее положениях разновидности практики, как криминалистическая экспертиза частью, например, судебно-медицинской науки или судебно-медицинской экспертизы. С равны успехом можно было бы тогда считать криминалистику (и не только ее) математической наукой только на том основании, что в ней все шире начинают использоваться математические метод. Если бы даже “математизация” криминалистики шла более быстрыми темпами и более широким фронтом, то и в этом случае криминалистика осталась бы (и остается) юридической наукой. Аналогично обстоит дело с применением в криминалистике данных такой науки, как теория информации, и др. 
Научно-технический прогресс влечет за собой расширение сферы взаимодействия криминалистики с естественными и техническими науками и их специальными отраслями. В эту сферу включаются все новые и новые науки, такие, как бионика, квантовая электроника, кибернетика, биофизика и др. Возникает и “обрати связь”: достижения криминалистики начинают использоваться другими науками — археологией, археографией, палеопатологи и др. 
Основной вопрос этой главы состоит в рассмотрении места криминалистической науки в системе научного знания. В главе анализируется на основе имеющегося теоретического опыта развитие научных представлений о природе криминалистической науки с момента её становления до наших дней. На основе этих данных мы можем производить дальнейшее прогнозирование развития криминалистической науки с учётом сегодняшних реалий. В главе акцентируется внимание на особом месте криминалистической науки, её юридической природе, заблуждениями, которые преследовали теоретиков криминалистов касательно места криминалистической науки в системе юридических наук. 
Особое место в главе отведено вопросу связи и соотношения криминалистического научного знания и естественно-технических наук, что в свою очередь позволяет с большей уверенностью определить место криминалистической науки. 
Таким образом криминалистическая наука является наукой двойственной природы: естественно-технической и уголовно правовой, являясь в свою очередь юридической наукой, занимая там своё обособленное место и в тоже время тесно переплетаясь с другими юридическими науками. 
  
                3. Криминалистика как учебная дисциплина 
3.1 Понятие и отличие криминалистики как учебной дисциплины от криминалистики как науки. 
В подготовке юристов следственной и экспертной специализации криминалистика — одна из важнейших дисциплин, признанная своими рекомендациями способствовать оптимальному применению норм уголовного и уголовно-процессуального закона, комплекса юридических и иных наук при обнаружении, раскрытии, предупреждении преступлений. Изучение криминалистики осложняется рядом причин. Криминалистика прошла трудный путь исследования. При исследовании предмета науки обычно не рассматривались закономерности преступлений. Предмет криминалистики зачастую был смещен в сторону теории доказательств. По существу верная трактовка этой дисциплины как прикладной привела к преобладанию исследований в области техники, тактики, методики расследования преступлений. Теоретические изыскания велись преимущественно в рамках криминалистических тактики и методики, и только с середины 70-х годов стали формулироваться общетеоретические концепции поведения преступника, следственной ситуации, алгоритмизации расследования и др. 
Современный этап развития криминалистической дисциплины характеризуется бурным ростом научных исследований. Вместе с тем остается актуальной проблема формирования общей теории науки, единая концепция которой пока не выработалась. Основной вопрос: что изучает криминалистика, еще не получил однозначного ответа. 
Криминалистическая дисциплина – область специфических научных знаний о преступной деятельности и ее антиподе – деятельности по выявлению, раскрытию, расследованию преступлений, по установлению истины в процессе судопроизводства. Выявляя закономерности этих видов деятельности, на базе их познания, криминалистическая дисциплина изучает средства и методы борьбы с преступностью, решаются вопросы, требующие специальных познаний по гражданским, арбитражным и иным делам, находящимся в производстве правоохранительных органов. Этими средствами и методами криминалистика вооружает оперативных работников органов дознания, экспертов, следователей и судей. В этом заключается ее социальная функция, ее прикладной, практический характер. 
Криминалистика как учебная дисциплина может бить представлена в виде специфической системы знаний о практическом следоведении в уголовном судопроизводстве, которые предлагаются для освоения лицам, изучающим данную дисциплину, в целях их (знаний) применения в своей будущей практической деятельности. 
Основная задача педагогов, обучающих студентов (слушателей, курсантов) данной дисциплине, — научить последних криминалистически мыслить и действовать с учетом приобретенных знаний, навыков и умений при реализации положений соответствующих законов и подзаконных актов в рамках той юридической специальности в правоохранительных органах, с которой их свяжет судьба после окончания вуза. 
Успешно решать ответственные задачи на практике выпускники юридических заведений смогут лишь тогда, когда глубокие знания из области права, правоведения органично соединены у них в одно неразрывное целое со знаниями стратегии, тактики, технологии практического следоведения, т.е. с криминалистическими знаниями. 
Курс криминалистики как учебной дисциплины по ряду признаков существенно отличается от криминалистики как науки. Криминалистическая наука относится к числу таких масштабных, многоплановых и многопрофильных областей научного знания, для сколь-нибудь серьезного освоения которых явно недостаточно не только скудного лимита учебного времени, но и самой долгой жизни человека. Она включает в себя массу направлений, отраслей и подотраслей, неисчислимое количество изучаемых объектов, тем и проблематики самого различного уровня. Поэтому криминалистику можно сравнить с неким многоэтажным построением, либо с многозначной периодической системой элементов. В этом смысле криминалистика вполне сопоставима и с медицинской наукой, объединившей великое множество направлений и специальностей и имеющей, как и криминалистика, неодолимую тенденцию расширения, углубления и дифференциации знания. 
Исключает ли все это реальную возможность надлежащего овладения основами криминалистических знаний в рамках учебного процесса? 
Нет, конечно. Как свидетельствует многолетний дидактический опыт, эта возможность давно уже перешла в ранг действительности, стала свершившимся фактом. И тому нетрудно найти объяснение. Криминалистика как учебная дисциплина, во-первых, имеет своим предметом уже готовое знание, произведенное криминалистической наукой; во-вторых, в курсе криминалистики представлено положительное, достоверное знание, в то время как в науке на переднем плане всегда находится незнание, недостаточное, дискуссионное знание и основная задача науки — превратить его в надлежащее знание; в-третьих, принцип построения учебного курса отличается от построения науки в том смысле, что формируется в расчете на решение задачи обучения, а не научного исследования. 
Для того чтобы система науки удовлетворяла требованиям, предъявляемым к научному знанию, она должна адекватно отражать структуру предмета данной науки и ее социальную функцию. 
О науке иногда пишут, что она представляет собой прикладную логику, так как правила движения научной мысли приложимы к строго определенному предмету. Из этого положения вытекает, прежде всего, что наука “логически организованная система теорий, а не механическая совокупность их. Именно в этой связи теорий заключается особенность науки как системы знания. Система нигде не является самоцелью, она выступает средством решения каких-то задач; в науке она строится с несколькими целями: 1) достигнутые результаты познания выявить во всей полноте, 2) использовать полученное знание для движения к новым результатам”. 
Сказанное полностью относится и к системе криминалистических знаний, в которых должно найти свое отражение все то, что накопила теория науки, а также результаты этого познания — рекомендуемые наукой средства, приемы и методы раскрытия, расследования и предотвращения преступлений. Исходя из этих посылок, мы пришли к выводу, что система криминалистики как науки состоит из пяти элементов или частей: 
— общей теории криминалистики; 
—криминалистической техники; 
—криминалистической тактики; 
—криминалистической методики; 
— организация раскрытия преступлений. 
Первый из этих элементов криминалистики и есть выявленный во всей полноте результат познания криминалистикой своего предмета, три остальных элемента системы — результат использования полученного знания. Именно такая система науки отражает максимально адекватно предмет криминалистики. Ее, структура “выдерживает” проверку и с позиций системно-структурного подхода, о которых говорилось в начале настоящей главы. 
В самом деле, указанная система криминалистики противостоит среде как единое целое, поскольку представляет собой единую науку, однородную по своей природе и социальной функции; свойства и функции каждого элемента системы криминалистики взаимоопределены свойствами и функциями всей системы в целом; все элементы данной системы неразрывно связаны друг с другом и, как показывает развитие криминалистики, не могут быть от нее (системы) произвольно отделены; каждый из элементов системы в свою очередь может рассматриваться как нечто сложное, как подсистема. Причем подсистемы состоят из элементов и образуют своеобразные множества. Изменение состояния любой из подсистем приводит к изменению состояния других подсистем и, в конечном счете, к изменению состояния всей системы криминалистики в целом. При этом можно констатировать и определенную полноту данной системы криминалистики, соответствующую современному уровню ее развития: все ее элементы “несут определенную нагрузку, обеспечивая определенную замкнутость функциональных циклов системы”. 
Отступление от принципов системного подхода при построении системы, криминалистики неизбежно приводит к хаотическим построениям, отнюдь не являющимся шагом вперед в решении проблем криминалистической систематики. 
По мнению А. А. Эйсмана, система криминалистики делится на две части: общую и особенную. Общая часть состоит из четырех разделов: 1) введение в науку (предмет, система, методы и т.д.); 2) криминалистические теории, к числу которых он относит: а) общую теорию раскрытия преступлений, б) теорию версий и планирования, в) основы логики доказывания, г) теорию идентификации, д) теоретические основы криминалистической техники, е) теоретические проблемы криминалистического предупреждения преступлений, ж) теоретические основы оперативных учетов; 3) организационные проблемы раскрытия преступлений: основы взаимодействия следственных и оперативных аппаратов, вопросы информационного обеспечения и использования помощи общественности; 4) теоретические основы криминалистической экспертизы. 
В особенную часть криминалистики А. А. Эйсман включает тактики отдельных следственных действий; тактику на отдельной стадии расследования; тактику оперативно-розыскных мероприятий; методику раскрытия отдельных видов преступлений; отрасли оперативной техники; отрасли криминалистической техники. 
Нетрудно убедиться, что такая система не только хаотична, но и внутренне противоречива. Кроме того, следует заметить, что общая теория раскрытия преступлений (в концепции А. А. Эйсмана представления о ее возможной структуре не дается), по всей видимости, не может быть теорией только криминалистической, ибо раскрытие преступлений — процесс комплексный, в ходе которого используются положения многих наук. Ни тактика оперативно-розыскных мероприятий, ни оперативная техника не входят в содержание криминалистики и поэтому не должны включаться в ее систему. 
Система курса криминалистики, как учебной дисциплины, основываясь в принципе на системе данной науки, в то же время несколько отличается от нее по следующим основаниям. 
Курс криминалистики должен давать слушателям представление не только о содержании самой науки, но и об ее истории. Обучающиеся должны знать, как развивалась криминалистика в нашей стране, знать историю зарубежной криминалистики и понимать ее сущность и определенную направленность. В учебном курсе криминалистики желательно сообщение сведений об ученых-криминалистах и об их вкладе в науку, о научных дискуссиях, конференциях, симпозиумах, о деятельности научно-координационных органов, системе и деятельности научно-исследовательских и экспертных криминалистических учреждений, научно-педагогических криминалистических коллективов. Все это не входит в содержание криминалистической науки и относится либо к истории науки, как самостоятельной области знания, либо к науковедению. Поэтому, строго говоря, содержание раздела учебного курса криминалистики, именуемого “Введение в науку”, не соответствует своему названию. В 1969 г. была предпринята попытка расширить наименование этого раздела курса. Однако и новое название — “Введение в криминалистику. Методологические основы криминалистики” — едва ли можно признать безупречным по тем же основаниям. Для этого раздела больше подходит название “Введение в курс криминалистики”, ибо в этом случае не вызывает принципиальных возражений включение в него сведений, не входящих в содержание самой науки (термин “курс” здесь обозначает не науку, а учебную дисциплину). 
Отличие системы курса от системы науки криминалистики может объясняться и функциональным назначением учебного курса. 
Учебный курс может представлять собой систематическое изложение содержания науки, и тогда он будет максимально соответствовать системе науки. Но курс может быть и проблемным, когда преподаются не все разделы науки, а рассматриваются лишь узловые или наиболее важные для данной аудитории проблемы науки, как правило, нерешенные или особенно актуальные для практики. Кроме того, курс может быть и избирательным, когда его содержание представляет собой часть систематического курса, соответствующую функциональному назначению учебного заведения, профилю подготовки обучающихся. 
Два аспекта построения подобных курсов криминалистики характерны для системы подготовки кадров для органов внутренних дел. 
Первый аспект, который можно назвать аспектом уровней подготовки кадров, объясняется преподаванием криминалистики в учебных заведениях разных уровней: в школах подготовки младшего и среднего начальствующего состава органов внутренних дел, в средних специальных школах, в высших школах и, наконец, в Академии МВД РФ. На каждом из уровней подготовки кадров задача заключается в том, чтобы в курс криминалистики включались знания, необходимые для будущих специалистов конкретного уровня, и в то же время, чтобы дублирование знаний в различных учебных заведениях было исключено или сведено к минимуму. К сожалению, эта задача полностью еще не решена; решение этой задачи возможно лишь при условии создания единой программы по криминалистике, в которой была бы, с одной стороны, обеспечена преемственность в преподавании на разных уровнях подготовки специалистов, а с другой — исключалось ненужное дублирование с сохранением лишь в отдельных случаях повторения самых важных сведений, восстановление которых в памяти обучающихся необходимо для усвоения нового материала. 
Второй аспект построения учебного курса криминалистики, который можно назвать аспектом специализации, зависит от специализации обучения в рамках подготовки юристов средней и высшей квалификации. Содержание курсов в этих случаях варьируется в зависимости от того, читается ли он будущим работникам уголовного розыска или следователям или экспертам-криминалистам. Опыт построения и преподавания подобных специализированных (в том числе в известном смысле избирательных) учебных курсов криминалистики уже накоплен. 
Изложенное не означает, что криминалистический учебный процесс настолько совершенен, что не нуждается в улучшении. Реалии современности, научно-технические достижения, возрастающие практические потребности поставили перед академической и вузовской науками задачу в сжатые сроки обеспечить переход на принципиально новые, эффективные технологии учебно-педагогической деятельности, отвечающие требованиям сегодняшнего дня и ближайшие перспективы. Юридическое образование должно быть ориентировано на подготовку квалифицированных, независимых в суждениях специалистов, способных после окончания учебного заведения осуществлять самостоятельную юридическую практику. 
Последние два-три десятилетия криминалистика в юридических учебных центрах изучалась по схеме, зеркально отражающей систему данной науки. Сыграв положительную роль в свое время, этот подход уже не является актуальным теперь, поскольку отражает даже не вчерашний, а позавчерашний уровень развития и состояния современных науки и образования. 
Мнение прокуроров и следователей, с которыми нам удалось побеседовать по этому поводу в разное время, едино. Все они (несколько десятков человек) полагают, что поскольку студентов в юридических вузах подготавливают в основном не для ведения научных дискуссий, а для практики, их необходимо учить не системе криминалистики как науки, а системе ее объекта – практическому следоведению в уголовном процессе, криминалистическому алгоритму этой деятельности, технологии и средствам достижения ее целей, тому, как рациональнее и продуктивнее ее осуществлять с помощью новейших криминалистических достижений и возможностей. 
Обоснованность этой точки зрения не вызывает сомнений. Необходимость воплощения ее в жизнь очевидна, в частности потому, что трудности и недостатки традиционного подхода в обучении студентов криминалистике неустранимы без его коренного пересмотра. 
С учетом этих обстоятельств предложен и отчасти реализован проект реформирования криминалистической дидактики. Он исходит из задачи тесной увязки процесса формирования криминалистических знаний, навыков и умений с потребностями, структурой, логикой и содержанием практики поиска и познания в уголовном судопроизводстве. В основу данного проекта положена идея рассмотрения криминалистики как науки о технологии и средствах практического следоведения (поисково-познавательной деятельности) работников правоохранительных органов и экспертных учреждений. Опираясь на эту идею и принцип от общего к менее общему, предлагается рассматривать криминалистическую дисциплину в качестве системы, - состоящей из общей и особенной частей. 
В общую часть курса включен (помимо материала данного раздела, характеризующего криминалистику как науку и учебную дисциплину) раздел, в котором рассматриваются общие положения (методологические основы) практического следоведения как объекта криминалистики (криминалистическая характеристика преступления, основы технологии отдельных групп действий и т.д.). 
Особенная часть курса складывается из двух органично связанных между собой частей. В первой части рассматриваются особенности поисково-познавательной деятельности в стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования (характеристика этой деятельности, технология подготовки и производства следственных действий). Вторая часть посвящена методикам расследования. 
Концепция этого раздела исходит из необходимости выделения в нем , во-первых, общей характеристики методики расследования; во-вторых, методик решения следственных задач, типичных для различных категорий дел (исследование алиби, выявление и разоблачение инсценировки и т.д.); в-третьих, методик расследования определенных криминалистически сходных групп и отдельных, видов преступлений. 
Одна из отличительных черт данного раздела состоит в том, что круг традиционно изучаемых в рамках курса криминалистики методик резко ограничен. 
При определении содержания и структуры криминалистической дисциплины необходимо следовать принципу соответствия содержания и структуры теории содержанию и структуре познаваемого объекта. Исходя из этого принципа, следует считать основными элементами криминалистической дисциплины: 
1. Положения, в которых формулируются представления о предмете криминалистики, ее задачах, целях и месте в системе научного знания, понятии и содержании ее общей теории. Назовем этот раздел введением в общую теорию криминалистики. 
2. Положения, отражающие объективные закономерности возникновения, собирания, оценки и использования доказательств и являющиеся базой для разработки криминалистических средств и методов и рекомендаций по использованию последних в практике борьбы с преступностью. 
Эти положения можно свести в четыре раздела, обозначив их соответственно как: 
а) криминалистическое учение о закономерностях возникновения доказательств; 
б) криминалистическое учение о закономерностях собирания доказательств; 
в) криминалистическое учение о закономерностях исследования доказательств; 
г) криминалистическое учение о закономерностях оценки и использования доказательств. 
Содержание этих разделов составляют общие положения, отражающие сущность, характер, направленность и формы проявления данной группы объективных закономерностей действительности, и система частных криминалистических теорий, опирающихся на эти положения и выражающих, во-первых, результаты познания перечисленных закономерностей и, во-вторых, формы, пути и цели использования этих результатов познания в плане решения задач, стоящих перед криминалистической дисциплиной, в том числе и в плане разработки и внедрения в практику криминалистических средств и методов судебного исследования и предотвращения преступлений. К числу таких частных криминалистических теорий могут быть отнесены: 
— криминалистическое учение о навыках; 
— криминалистическое учение о способах совершения и сокрытия преступлений; 
— криминалистическое учение о механизмах следообразования; 
— криминалистическое учение о признаках; 
—криминалистическое учение о фиксации доказательственной информации; 
—учение о регистрации криминалистических объектов; 
— теория криминалистической идентификации; 
—общие принципы методики криминалистических экспертных исследований; 
— криминалистическая теория причинности; 
— учение о криминалистической версии; 
—общие принципы организации деятельности по собиранию, исследованию, оценке и использованию доказательств; 
— учение о планировании расследования; 
—теория криминалистического прогнозирования. 
Приведенный перечень частных криминалистических теорий нельзя считать ни исчерпывающим, ни окончательным. Его нельзя считать исчерпывающим, потому что в литературе высказываются мнения о существовании и других частных криминалистических теорий. Так, например, еще в 1961 г. В. П. Колмаков выдвинул идею создания теории криминалистической профилактики, поддержанную впоследствии И. Я. Фридманом и другими криминалистами. Хотя это предложение является весьма спорным, оно, несомненно, заслуживает внимания. 
Приведенный перечень частных криминалистических теорий нельзя считать окончательным, так как разработка и развитие общей теории криминалистики неизбежно приведут (и приводят) к возникновению в дальнейшем новых частных теорий, ибо процесс уточнения существующих и возникновения новых теорий происходит непрерывно. 
Частные криминалистические теории являются методологической базой исследования и разработки средств, приемов и методик расследования и предотвращения преступлений, составляющих в своей совокупности также часть учебного курса криминалистики. Эти средства, приемы и методики группируются в соответствующие системы и образуют разделы или отрасли криминалистики: криминалистическую технику, криминалистическую тактику и криминалистическую методику (методику расследования и предотвращения отдельных видов преступлений). Каждый из этих разделов состоит из системы определенных научных положений, именуемых в литературе “общими положениями”, и основанных на этих положениях систем средств, приемов и методик работы с доказательствами и т. п. 
Криминалистами разработаны сотни различных методик расследования. С каждым годом их количество возрастает, что обусловлено запросами следственной практики. Методики данного типа издаются главным образом для того, чтобы практикующие следователи не заучивали их все подряд, а, открывая в нужный момент нужные страницы, знакомились выборочно с содержащимися здесь рекомендациями и использовали (по аналогии) почерпнутые знания для решения того или иного вопроса. 
Студенты в этом отношении поставлены в более сложное положение. Им предлагается изучить, запомнить десятки включенных в курс дисциплины методик и ответить надлежащим образом на вопросы экзаменатора. Задача, прямо скажем, малореальная и, главное, никому не нужная, толкающая студентов на элементарное зазубривание материала, который тут же забывается за порогом экзаменационной аудитории. 
Более целесообразен в данной ситуации принцип “лучше меньше, да лучше”. Если сконцентрировать внимание лишь на нескольких методиках, это дает возможность, не скача ''галопом по европам'', более глубоко и всесторонне разобраться в сущности, содержании и назначении изучаемого материала, принципах его изложения. 
Что же касается технологии следственных действий, то в этом случае выборочный подход вряд ли целесообразен. Перечень следственных действий четко определен. И наряду с изучением их правовых моделей студент должен получить необходимые криминалистические знания по поводу каждого действия. 
Двухчастевая модель курса криминалистики, построенная на базе изложенных подходов, представляется более оптимальной по сравнению с традиционной моделью, состоящей из четырех разделов, для продуктивного усвоения криминалистических знаний и их использования на практике. Одним из позитивных ее моментов является то, что предлагаемая конструкция рассчитана не только на подготовку будущих следователей, но и профессионалов других юридических специальностей. Этому способствует включение в курс материалов, отражающих характеристику практического следоведения в уголовном судопроизводстве. Содержащиеся в ней общие положения могут оказаться полезными для прокуроров, оперативных работников органов дознания, судей, экспертов, других участников уголовного процесса. 
  
3.2 Значение систематики и классификации в криминалистике как учебной дисциплине 
Содержание криминалистической дисциплины, как и любой области научного знания, нуждается в определенном упорядочении, распределении по тем или иным разделам, отраслям, т. е. в приведении в систему, в систематизации. Систематизация криминалистической дисциплины предполагает такое ее упорядочение, которое соответствовало бы объективно существующим закономерным связям между элементами предмета научного познания, отражало бы эти связи. Такая систематизация основывается на другой логической операции — на процедуре классификации, т. е. на разделении множества предметов, явлений, отношений, свойств, признаков и т. п. на отдельные группы по тем или иным основаниям. 
Принципы систематизации и основные элементы криминалистической дисциплины и классификаций, в свою очередь, рассматриваются криминалистической систематикой — специальным разделом криминалистики, основывающемся на положениях системно-структурного подхода к изучению явлений действительности. Такими общими положениями системно-структурного подхода являются следующие: 
1. Исходным принципом системного исследования является представление о целостности изучаемой системы. Из этого следуют два вывода: а) система может быть понята как нечто целостное лишь тогда, когда она как таковая противостоит своему окружению — среде, в которую могут входить и другие системы; 
б) расчленение системы приводит к понятию элемента— далее неделимой единицы, свойства и функции которой зависят от ее места в рамках целого. Свойства и функции элемента взаимоопределены свойствами и функциями системы, т. е. свойства целого не могут быть поняты без знания некоторых свойств элементов, и наоборот. 
2. Каждая исследуемая система может расчленяться самыми различными способами, поэтому элемент в соответствующих случаях может рассматриваться как нечто сложное, например как подсистема. В свою очередь система, как нечто целое, может рассматриваться как подсистема по отношению к системе более высокого уровня. 
3. Представление о целостности системы конкретизируется через понятие связи. В системах особое место занимают связи, которые могут быть выявлены лишь на системном уровне рассмотрения объекта. Такие связи называют системообразующими. Совокупность связей и их типологическая характеристика приводят к понятию структуры системы. 
4. Структура системы (или ее организация) может строиться как по “горизонтали” (связь между однопорядковыми компонентами системы), так и по “вертикали” (связь между разнопорядковыми компонентами в зависимости от уровней систем). “Вертикальная” структура позволяет говорить о понятии уровней системы и их иерархии. 
В литературе система определяется как “комплекс некоторых объектов или элементов, находящихся в определенном отношении друг к другу”, или как совокупность объектов, взаимодействие которых вызывает появление новых интегративных качеств, не свойственных отдельно взятым образующим систему компонентам. Структура понимается как строение объекта, закономерная связь между элементами, как единство элементов, их связей и целостности, как организация, как известная сеть отношений между объектами и т. п. 
Рассматривая криминалистическую дисциплину как единое целое, обладающее внутренним единством составляющих это целое и объективно связанных друг с другом частей, постигая содержание этого целого, мы тем самым познаем структуру системы, т. е. существенные связи между элементами системы. 
Системный подход к содержанию криминалистики характерен для всех этапов ее развития. Но только сравнительно недавно системное рассмотрение дисциплины, которое протекало стихийно, нашло свое развернутое обоснование в системно-структурном методе исследования, активная разработка которого началась в 60-х годах нашего столетия. Пионером применения в криминалистике системно-структурного метода является А. И. Винберг, исследовавший общие принципы его использования и направления приложения. Исследования в этой области плодотворно проводит В. А. Жбанков. 
С помощью системного подхода формируется также представление о системе криминалистической науки и структурах ее подсистем — общей теории, криминалистической техники, криминалистической тактики, криминалистической методики. Системный подход позволяет научно обоснованно осуществлять классификацию криминалистических объектов, являющуюся одним из необходимых условий использования практикой криминалистических рекомендаций, совершенствования этой практики и осуществления связей внутри самой науки, что способствует получению уже готовых, систематизированных знаний и воплощение их в учебный курс, рассчитанный на обучение учащихся с учетом изложенной систематики. 
Классификацию в литературе определяют как логическую операцию, состоящую в разделении всего изучаемого множества предметов по обнаруженным сходствам и различиям на отдельные группы, или подчиненные множества, называемые классами. О классификации как системе соподчиненных понятий (классов объектов) какой-либо области знания или деятельности человека говорится в разных источниках. 
Классификация — категория логическая. Научные классификации выступают в форме классификации понятий, а не предметов, вещей. Всякое предметное классифицирование, т. е. распределение материальных объектов по группам в соответствии с научной классификацией не является разновидностью последней, а представляет собой ее “материализацию” в натуре. В криминалистической науке мы имеем дело с логическими классификациями, в практике борьбы с преступностью — с предметными классификациями, точнее — с предметным классифицированием на основе научной или эмпирической классификации. 
Основываясь на вышесказанном, в отечественной криминалистике, А. И. Винберг справедливо отмечает, что классификация в криминалистической дисциплине ничем не отличается по своему характеру от классификации объектов других дисциплин, что она имеет своим логическим основанием правила и принципы деления объема понятия, формальной логики, а не принципы и правила криминалистики. 
В работах последнего времени рассматривается значение систематики криминалистической науки для криминалистической дисциплины в целом и для отдельных ее разделов. Отмечается, что учебная дисциплина служит одним из средств познания, помогая исследовать отдельные предметы и явления, выявить закономерности их развития, определить пути их использования. Криминалистика, как учебная дисциплина может играть и эвристическую роль, позволяя предвидеть еще непознанное. Криминалистическая дисциплина играет роль средства систематизации знания о криминалистических приемах, методах, рекомендациях и об объектах, для работы, с которыми они предназначены. 
Систематизация, дополняемая классификацией, является необходимым элементом общей теории криминалистики. С ее помощью теория не только упорядочивает свое содержание применительно к предмету и объектам исследования, но и выражает собственную структуру, различия и переходы, а также внутренние связи между своими частями. 
В то же время криминалистическая дисциплина помогает разрешить проблему упорядочения всего содержания науки, построения ее системы. 

3.3 Развитие научных представлений о системе криминалистической дисциплины. 
Представление о системе криминалистики, как о ее дисциплине, претерпевало изменения в процессе развития науки. 
И. Н. Якимов, как уже отмечалось, полагал, что система криминалистики слагается из двух частей — уголовной техники и тактики. Правда, в составе последней он различал общую часть, по содержанию напоминающую криминалистическую тактику более позднего времени, и особенную часть, или научный метод расследования преступлений, совпадающую в основном с нашим представлением о криминалистической методике. 
В 1929 г. В. И. Громов опубликовал руководство для органов милиции и уголовного розыска, которое он назвал “Методика расследования преступлений”. Во введении к нему он писал: “...уголовно-судебная практика и опыт прошлого дают возможность сделать обобщающие практические выводы о доступных для каждого человека, имеющего некоторую подготовку, методах работы, использование которых может облегчить работу по расследованию преступлений каждому среднему работнику, без отношения к его индивидуальным личным качествам и способностям... Такие выводы, содержащие практические указания или проверенные на опыте правила, относящиеся к использованию всех допустимых законом методов работы. 
В 1938 г. Б.М. Шавер предложил построить систему криминалистической дисциплины по типу систем отраслевых правовых дисциплин, разделив ее на общую и особенную часть. В общую часть он включил криминалистическую технику и ту часть тактики, которая, по его мнению, не относилась к науке уголовного процесса, а в особенную он включил применение основных принципов криминалистики к расследованию отдельных видов преступлений и методики их расследования. Эта концепция получила дальнейшее развитие в написанном совместно с С.А. Голунским учебнике по криминалистике для высших учебных заведений. 
Первый послевоенный учебник по криминалистике для юридических вузов построен применительно к двухчленной системе криминалистики. А.Н. Винберг, в то же время, выразил мнение, что система криминалистической дисциплины должна состоять из четырех частей: 
o	введение в науку; 
o	криминалистической техники; 
o	криминалистической тактики; 
o	методики расследования отдельных видов преступлений. 
А.Н. Васильев, в свою очередь, счел целесообразным обратится к трехчленной системе криминалистики (техника, тактика, методика). По этому поводу разгорелась широкая дискуссия. 
В первом вышедшем после дискуссии учебнике по криминалистике (1958г.) автор введения в курс С.П. Митричев писал: ''Система всякой науки, в том числе и криминалистики, определяется не произвольным отнесением тех или иных вопросов к одной дисциплине, а объединением их на основе внутренних связей между ними. Объединение криминалистической техники, следственной тактики и частной методики является закономерным и вполне обоснованным''. 
Происшедшие в этот период существенные изменения в политической и экономической сферах жизни страны, дальнейший распад СССР не могли не оказать значительного влияния на структуру и динамику преступности и в связи с этим поставили перед наукой криминалистикой ряд новых задач. 
Итогом такого пересмотра явилось новое издание фундаментального трёхтомного курса криминалистики Р. С. Белкина, Коллективной монографии по общей теории судебной экспертизы под редакцией Ю. Г. Корухова и проблемам идентификации в судебной экспертизе под редакцией В. Я. Колдина (1996 – 1997 гг.) 
Вместе с тем потребовалась разработка новых частных методик расследования преступлений, впервые возникших в изменившихся экономических условиях. Одновременно появилась необходимость в создании новых тактических приёмов для ряда следственных действий, например, предъявление для опознания. Продолжаются исследования в области общетеоретических вопросов криминалистики (Т. В. Аверьянова, Е. Р. Российская – в криминалистической технике, С. И. Цветков, Л. Я. Драпкин – в криминалистической тактике, В. А. Образцов, Н. П. Яблоков – в криминалистической методике). 
Общепринятой системой учебного курса криминалистики в настоящее время является следующая четырехчленная система: введение в науку, криминалистическая техника, криминалистическая тактика и методика расследования отдельных видов преступлений. По этой системе ведется преподавание криминалистики во всех юридических институтах и на юридических факультетах в наши дни. 
Тенденции развития криминалистической дисциплины через дифференциацию и интеграцию научного знания, проявлялись на всем протяжении истории развития и становления криминалистики. Если для периода накопления эмпирического материала внешне более заметной была дифференциация наук, способствовавшая более четкому определению предмета дисциплины и соответствовавшая тому уровню познания, при котором преимущественное место занимали описание и классификация явлений, то для этапа построения развитых теорий характерной оказалась интеграция научного знания. 
Наконец, на современном этапе развития криминалистической дисциплины, в условиях научно-технической революции, появление новых областей знания на стыках старых, “классических” наук уже означает не только дальнейшую дифференциацию науки, но и свидетельствует об обратном — о возникновении новых связей между обособленными ранее, самостоятельными областями научного знания, об объединении, синтезе “частиц” этих наук в новую учебную дисциплину. 
В развитии криминалистики тенденции к дифференциации и интеграции научных знаний проявлялись весьма своеобразно. На этапе становления криминалистики как самостоятельной области научного знания дифференциация, с одной стороны, выражала отношение криминалистики к другим юридическим наукам, а с другой— отношение консолидированных криминалистических знаний к данным других наук, обслуживающих потребности уголовного судопроизводства: судебной медицины, судебной психиатрии, судебной химии и т. п. Этот процесс привел к определению места криминалистики в системе юридических наук и к отмежеванию криминалистики от родственных областей естественных наук. Интеграция знаний криминалистики, как учебной дисциплины на этом этапе выражалась преимущественно в приспособлении криминалистикой для нужд судопроизводства данных естественных и технических наук. Эти данные в преобразованном виде становились частью содержания криминалистической дисциплины. 
На современном этапе развития криминалистической дисциплины процессы дифференциации и интеграции научного знания приобрели качественно иной характер. Дифференциация оказалась направленной своим острием не столько “вовне”, по отношению к смежным наукам — юридическим и иным, — сколько “внутрь” самой криминалистики, что привело к возникновению на стыках между нею и смежными науками новых областей учебного знания: судебной психологии, логики следствия и т. п. “Частицы” предмета криминалистической дисциплины переместились в предметы этих новых наук. Явления интеграции знания получили двоякое выражение. Они по-прежнему проявляются преимущественно в активном творческом использовании криминалистикой данных иных наук и привнесении их в уголовное судопроизводство, но к этому добавились процессы интеграции, характерные для современного этапа развития научных знаний в целом. 
В современных условиях процесс интеграции учебной дисциплины характеризуется новыми чертами. Для изучения одного и того же объекта теперь используются материалы и средства исследования самых различных наук. Зачастую без такой комплексности исследования уже не представляется возможным получить принципиально новое знание. Это приводит к тому, что все большее число объектов становится общим для двух и более отраслей знания, каждая из которых исследует их в комплексе с другими или отдельно, в своем, аспекте и исходя из своих целей. Все большее распространение в разных дисциплинах получают одни и те же методы. Специфика методов познания и средств исследования играет все меньшую роль как признак самостоятельности той или иной науки. Все большую роль в научно-техническом прогрессе начинают играть общие средства и методы познания. Наконец, интеграция наук объясняется теперь не только общностью объектов, средств и методов познания, но и общественной функцией науки как средством накопления необходимой базы научных знаний для дальнейшего их использования в процессе обучения. 
На современном этапе развития криминалистической дисциплины все большее распространение получают комплексные изучения, осуществляемые такими коллективами, в состав которых помимо криминалистов входят специалисты самых различных областей знаний: физиологии и бионики, кибернетики и математики, биологии, химии, антропологии и т. п. Криминалистические объекты исследуются различными специалистами и подаются как готовый учебный материал с позициями и методами конкретных наук, но для решения задач криминалистики. 
И проведение комплексных научных исследований, и использование математических и иных методов исследования, и иные явления интеграции научного знания, проявляющиеся в криминалистике, подчинены основной функции криминалистики — активному творческому приспособлению данных иных наук для нужд непосредственно связанных с процессом обучения будущих следователей, прокуроров, судей и т.д. 
Криминалистической наукой могут быть использованы тезисы других наук в целях развития самой криминалистической науки. Следует отличать это от активного приспособления криминалистикой данных других наук для обработки полученных знаний и преподнесении их непосредственно изучающих данную дисциплину. Первое рассматривается как проявление общего закона интеграции научного знания. При этом использование в криминалистике положений математики, психологии, логики принципиально не отличается от применения, к примеру, данных этих наук в криминологии. Но не такая форма использования достижений других наук составляет содержание рассматриваемого специфического знания, его применения в криминалистической науке. 
Качественно иным процессом является творческое, активное приспособление способов и средств технических, естественных и других наук не для криминалистических научных исследований, а при решении задач криминалистического характера и создании на их основе криминалистических методов обучения, нежели обычный процесс интеграции научного знания, процесс взаимопроникновения наук. Итогом этого процесса является создание рекомендаций для практики борьбы с преступностью, качественно отличное от первичного по содержанию и по целям применения, знание. 
В данном случае речь идет об отношении к творческому приспособлению криминалистической дисциплиной научных тезисов других наук, которые не используются в процессе обучения непосредственно, вне криминалистики. Если же такие положения могут быть применены по назначению непосредственно, меняется характер взаимодействия между этими науками и криминалистикой. 
Криминалистическая наука и криминалистическая дисциплина, имеют различные цели, систему задачи, но в сущности тесно взаимодействуют. Криминалистическая дисциплина имеет задачу не активно приспособить положения других наук для обучения учащихся и дачи им нужной информации, а учитывать их при разработке своих специфически криминалистических рекомендаций в процессе обучения. 
Информация и опыт, накопленные в процессе развития криминалистической науки являются основой криминалистической дисциплины. Криминалистическая дисциплина изучает историю криминалистики, учёных криминалистов, а также материал, на основе которого ведётся преподавание в вузах. Отсюда следует, что криминалистическая дисциплина развивается пропорционально развитию криминалистической науки. 
Учебный курс криминалистической дисциплины должен быть систематическим, избирательным и проблемным. Системе учебного курса криминалистики предстоит в последующем развитии пройти модернизацию, упираясь на практическое следование в уголовном процессе. Курс должен быть максимально полезным, вкладываться в рамки подготовки юристов и давать слушателям представление о всех перечисленных ранее вопросах. 
  
          Заключение 
  
Дано объективное представление о криминалистики как о науке и как об учебной дисциплине, особенности и отличия ее в данных качествах, определено ее место в системе юридических правовых наук, связь данной науки с иными науками, естественно-техническими и юридическими. 
Нашли отражения все основные моменты, касающиеся криминалистики как учебной дисциплины, её роль в обучении студентов, слушателей на современном этапе её развития, а также криминалистики как науки, исходя из имеющихся представлений о её предмете. Определены система, способы, задачи криминалистики как науки, которые менялись в течение периода накопления и формирования научных знаний. 
Криминалистическая наука возникла на стыке технических и уголовно – правовых наук. В работе проведён анализ природы ее возникновения. Криминалистика – специфическая область научного знания, она активно задействована в системе межнаучных связей. В криминалистических научных исследованиях с успехом реализуются понятия, подходы, различные концепции и положения, создаваемые уголовно – правовой, уголовно – процессуальными науками, криминологией, юридической психологией и т.д. Представители юридических наук используют в своих разработках полезные моменты, которые создаются в криминалистике. 
В то же время, являясь на современном этапе обособленной системой научного знания, криминалистика разрабатывает и создаёт свою методику раскрытия преступлений. Существует тесное переплетение научного знания иных наук с криминалистической наукой. Результаты криминалистических исследований непосредственно влияют на создание, уточнение и изменение новых и действующих законов. 
В работе приведен ряд признаков, разграничивающих криминалистическую науку и другие науки, имеющие уголовно-правовой характер. Несмотря на их тесное переплетение, криминалистическая наука имеет свои определенные отличия. С другой стороны использование в криминалистике некоторых методов других наук (например, химии, медицины) не означает, что разделы криминалистики являются частью судебно-медицинской науки. 
Криминалистика как учебная дисциплина основывается на имеющихся научных знаниях, объединенных в криминалистическую науку. Рассмотрена связь и отличие криминалистики как науки от криминалистики как учебной дисциплины. 
Криминалистическая наука является средством накопления знаний и опыта криминалистов, а учебная дисциплина призвана уже перенести этот опыт на листы учебника, пригодного для обучения слушателей. Учебная дисциплина криминалистики служит средством донесения этого опыта. 
При большом количестве технологий расследования, криминалистика как учебная дисциплина должна донести до сознания слушателей сущность и смысл каждой из них. Глубоко и всесторонне разобраться в сущности, содержании и назначении изучаемого материала возможно только охватив весь объём методик. Перед криминалистикой как учебной дисциплиной также стоит множество задач: систематизировать приобретенный научный опыт в систему курса, позволяющего получить необходимые знания и использовать их с максимальной отдачей. Общие положения такого курса могут оказаться полезными для судебных экспертов, прокуроров, оперативных работников органов дознания и других участников уголовного процесса. 
Несмотря на повседневную актуальность данной темы, в ней рассмотрены круг основных вопросов, возникающих при изучении данной темы, проведён сущностный анализ криминалистики-науки и криминалистики-учебной дисциплины, отмечены основные моменты, недостатки, встречающиеся при детальном изучении основных моментов данной темы. 
Литература 
1.	Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика и доказывание. М.: ''Теис'', 1969. 
2.	Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М.: ''Знание'', 1997. 
3.	Белкин Р.С. Общая теория криминалистики на современном этапе её развития. В кн.: Использование достижений науки и техники в предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений. Саратов, 1991. 
4.	Васильев А. Н. Предмет криминалистики. // Социалистическая законность, №1, 1967. 
5.	Васильев А. Н. Проблемы советской криминалистики. // Социалистическая законность №3, 1973. 
6.	Васильев А. Н. Следственная тактика. М.: ''Знание'', 1976. 
7.	Винберг А. И. Вопросы развития криминалистики // Социалистическая законность, №1, 1962. 
8.	Винберг А. И. О сущности криминалистической техники и криминалистической экспертизы // Советское государство и право, №8, 1955. 
9.	Герасимов И. Г. Научное исследование. М.: ''Теис'', 1972. 
10.	Герцензон А. А. Введение в советскую криминологию. М.: ''Юриздат'', 1966. 
11.	Густов Г. А. Моделирование – эффективный метод следственной практики. / Актуальные проблемы советской криминалистики. М., 1980. 
12.	Зицер Е. У. Криминалистика. Введение. М.: ''Амальтея'', 1938. 
13.	Каминский М. К., Лубин А. Ф. Криминалистическое руководство для стажеров службы БХСС. Учебное пособие. Горький,: ''Ключ'',1987. 
14.	Коновалова В. Е. К вопросу о взаимосвязи криминалистики с уголовно – процессуальным правом. Харьков 1968. 
15.	Колмаков В. П. Введение в курс науки советской криминалистики. Одесса, 1973. 
16.	Корач М. Г. Наука индустрии. В кн.: Наука о науке. М.: ''Теис'', 1966. 
17.	Криминалистика социалистических стран. / Под ред. Колдина В. Я. М., 1999. 
18.	Лаврухин В. Д. К понятию криминалистики. // Государство и право. №3, 1992. 
19.	Манне Г. Ю. Криминалистика как прикладная дисциплина и предмет преподавания. Иркутск, 1921. 
20.	Матусовский Г. А. Криминалистика в системе научных знаний. Харьков, 1976. 
21.	Митричев С. П. Теоретические основы советской криминалистики. М.: ''Знание'', 1965. 
22.	Митричев С. П. Предмет, метод и система советской криминалистики. М.: ''Знание'', 1956. 
23.	Митричев С. П. К вопросу о научных основах советской криминалистики. / Советская криминалистика на службе у следствия. М.: ''Теис'', 1956. 
24.	Митричев С. П. Предмет советской науки криминалистики и её место в системе юридических наук. // Социалистическая законность. №3, 1952. 
25.	Образцов В. А. О некоторых дискуссионных вопросах теории криминалистической классификации преступника. В кн.: Проблемы развития криминалистики в условиях научно – технического прогресса. Свердловск, 1982. 
26.	Остроумов М. В. Советская судебная статистика. М.: ''Знание'', 1954. 
27.	Пещак Ян. Общетеоретические проблемы криминалистики. М.: ''Юриздат'', 1977. 
28.	Полянский Н. Н. Вопросы теории советского уголовного процесса. М.: ''Теис'', 1956. 
29.	Порубов Н. И. Криминалистика. Учебное пособие. Минск, 1999. 
30.	Свидерский В. И. Некоторые вопросы диалектики изменения и развития. М., 1965. 
31.	Селиванов Н. А. Криминалистика: система понятий. М., 1982. 
32.	Строгович М. С. Уголовный процесс. М.: ''Юриздат'', 1972. 
33.	Строгович М. С. Предмет криминалистики и её отношение с уголовным процессом. Ашхабад, 1942. 
34.	Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. М.: ''Юриздат'', 1958. 
35.	Тарасов – Родионов О. П. Советская криминалистика. // Социалистическая законность. №7, 1951. 
36.	Чельцов М. А. Уголовный процесс. М.: ''Ключ'', 1948. 
37.	Шавер Б. М. Предмет и метод советской криминалистики. // Социалистическая законность. №6, 1938. 
38.	Шебанов А. Ф. Система советского социалистического права. М.:''МГУ'', 1961. 
39.	Эйсман А. А. Криминалистика в системе юридических наук. М.: ''Теис'', 1963. 
40.	Эйсман А. А. Введение в криминалистику – учение о предмете, системе, методах и истории криминалистики. / Советская криминалистика. Теоретические проблемы. М.: ''Юриздат'', 1978. 
41.	Яблоков В. П. Объекты и предмет криминалистики. // Вестник Московского университета. Сер. 11, №1, 1998. 
42.	Якимов И. Н. Практическое руководство к расследованию преступлений. М., 1924. 
Нормативные источники 
1 Конституция РФ 1993 г. 
43.	УК РФ 1996 г. 
44.	УК РСФСР 1960 г. 
45.	УПК РСФСР 1960г.