Истомин Владимир Иванович, русский контр-адмирал
Владимир Иванович Истомин контр-адмирал \ (1809 -- 1855) Владимир Иванович Истомин, русский контр-адмирал, герой Севастопольской обороны 1854 -- 1855 гг., родился в 1809 году в Пензенской губернии в дворянской семье. 
В 1823 году В. И. Истомин поступил на учебу в морской кадетский корпус, а в 1827 году закончил его. Морская профессия стала для него самым главным делом жизни. 
Еще во времена императора Александра I (прав. 1810 -- 1825 гг.) греки начали войну с турками за свое освобождение. Европейские правительства, в том числе и русское, сочувствовали грекам и осуждали зверства турок, однако под влиянием тенденций "Священного союза"~\footnote{"Священный союз" был заключен в Париже в 1814 г. по инициативе российского императора Александра~I между монархами практически всех европейских государств (не примкнули лишь турецкий султан и папа римский) ; основными его положениями были следующие: внести в политическую жизнь умиротворенной после наполеоновских войн Европы стабильность, взаимные обязательства постоянно пребывать в мире, оказывать друг другу помощь и поддержку. } долго не решались вступиться за мятежных греков против их правителя --- турецкого султана. Император Николай~I (прав. 1825 -- 1855 гг.) , вступая на престол, застал отношения России с Турцией очень недружелюбными, но все-таки он не видел необходимости воевать с турками. Он согласился лишь на то, чтобы совместно с Англией и Францией принять дипломатические меры против турецких зверств и постараться примирить султана с греками. И только к 1827 году стало ясно, что дипломатия здесь бессильна. 
В состав эскадры под командованием контр-адмирала Гейдена, которая отправилась в Средиземное море на помощь грекам в борь\-бе с турками, входили линейные семидесятичетырехпушечные корабли ``Азов"$\! $, ``Гангут"$\! $, ``Александр Невский" и ``Иезекииль" и четыре фрегата: ``Константин"$\! $, ``Елена"$\! $, ``Проворный" и ``Кастор"$\! $, а также корвет ``Гремящий". Они представляли собой внушительную силу. 
Линейные \quad семидесятичетырехпушечные корабли ``Азов" и ``Иезекииль" были построены в начале 1820-х годов на Архангельской верфи. ``Азов" строился по плану и чертежам %прославленного знаменитого инженера Курочкина. Чтобы закончить корабли как можно быстрее, в Архангельск командировали пославленного русского флотоводца Михаила Петровича Лазарева (1788 -- 1851) . Лазарев немало потрудился, вводя разные усовершенствования в конструкцию ``Азова". Он придавал особое значение боевой мощи корабля и наиболее удобной и рациональной планировке внутренних помещений. Таким образом, ``Азов" стал наиболее совершенным по своим мореходным качествам, мощи и внутреннему устройству кораблем русского военного флота. Лазарев был очень доволен ``Азовом"$\! $, командиром которого он был назначен. Очень тщательно он подбирал себе помошников из лично известных ему моряков. В числе их оказались прославленные впоследствии лейтенант П. ~С. ~Нахимов, мичман В. ~А. ~Корнилов и гардемарин В. ~И. ~Истомин. Все они в совершенстве усвоили школу Лазарева, его военно-морскую тактику. 
Второго октября 1827 года русской эскадре удалось соединиться у греческих берегов (близ острова Занте) с англичанами и французами. Командование объединенным флотом трех держав принял на себя старший в чине командующий английской эскадрой адмирал Эдуард Кодрингтон, ученик знаменитого адмирала Нельсона. Общее число пушек в союзной эскадре достигало 1300. 
Турки сосредоточили в Наваринской бухте, вдающейся в западное побережье Мореи, громадный соединенный турецко-еги\-пет\-ский флот в составе трех кораблей, двадцати трех фрегатов, двух корветов, пятнадцати бригов и восьми брандеров с общим количеством пушек до 2300. Кроме того, турки имели сильную артиллерию в Наваринской крепости и на острове Сфактерия. 
Соединенные эскадры Англии, Франции и России заперли турецкий флот в Наваринской бухте. Восьмого октября 1827 года произошло знаменитое Наваринское сражение. Корабли союзников, не отвечая врагу, вошли в бухту, занимая назначенные позиции. Турки встретили противников обстрелом с берега и с кораблей. Сокрушительные залпы ``Азова" послужили примером для остальных кораблей. От непрерывной канонады пороховой дым густым туманом застлал всю Наваринскую бухту. Артиллеристы-наводчики оказались в крайне тяжелом положении: видимость ослабела, прицел был затруднен. Чтобы еще более осложнить положение союзников и гуще окутать дымом бухту, турки сожгли свои транспортные корабли. 
%Звенит воздух от оглушительного хаоса звуков, шипят падающие в воду ядра. %Море огня выбрасывается с обоих бортов. Более всего досталось ``Азову". Убедившись, что корень зла в нем, турки поставили себе целью уничтожить русского флагмана во что бы то ни стало. ``Азову" пришлось драться одновременно с пятью наседающими на него турецкими кораблями. Положение его становилось все более тяжелым: борта его были изломаны, палуба залита кровью, %разбросанные по всей палубе вперемешку с трупами убитых. от нескольких раскаленных ядер загорелся борт. %Корабль имел множество %подводных пробоин, через которые хлестала вода. %, весь бак разворочен. А тем %временем внутри корабля десятки топоров работали %над заделкой подводных пробоин. ``Азов" занимал центральное место в бою, но зато он и пострадал больше всех судов соединенной эскадры. Мачты у него были перебиты, а в корпусе насчиывалось 153 пробоины, среди них семь на уровне ватерлинии. Несмотря на тяжелые пробоины, корабль не только продолжал вести бой, но и топил неприятельские корабли. %Не ослабивая ни на минуту, продолжается сражение. В подпалубное помещение %сносят убитыхч трупы забивают помещение почти до подволока. Когда окончится %бой, их отпоют и предадут морскому погребению, то есть, привязав к ногам %трупа балласт, сбросят в море. % %Ровно в шесть часов дня на ``Азове" пробили отбой. Сражение было вуиграно. %Врага постиг невиданный в истории флота при подобном соотношении сил разгром. 
Турецко-египетский флот, превосходивший флот союзников более чем в три раза, был уничтожен. Уцелело лишь восемь корветов, шестнадцать бригов и двадцать три транспортных судна. Было взорвано и пущено ко дну семьдесят боевых и восемь транспортных судов. Исходно турецкие корабли были вооружены 2106 орудиями, а численность личного состава достигала 21960 человек, из которых убито и утонуло свыше 8 тысяч. На русских судах выбыло из строя около трехсот человек. 
``В честь достохвальных деяний начальников, мужества и неустрашимости офицеров и храбрых нижних чинов" израненный, обожженный ``Азов" был удостоен высшей морской воинской награды -- он получил кормовой Георгиевский флаг. Ни один парусный корабль российского флота до этого еще не получал его. Гардемарин Истомин, служивший на ``Азове"$\! $, за доблесть в сражении был произведен в мичманы и награжден знаком отличия военного ордена. В течение последующих нескольких лет ``Азов" принимал участие в операциях против турецкого флота в Средиземном море, в том числе и в блокаде Дарданелл. 
После Наваринской битвы Турция стала готовиться к войне с Россией, которая началась в 1828 г. и закончилась решительной победой русских в 1829 г. Был подписан Адрианопольский мир, согласно которому, помимо всех прочих условий \footnote{Согласно Адрианопольскому миру, к России отходил левый берег нижнего Дуная и восточный берег Черного моря; Молдавия, Валахия и Сербия, ранее зависившие от Турции, получали внутреннюю автономию; турецкое правительство давало свободу торговли русским в Турции и открывало свободный проход через Босфор и Дарданеллы кораблям всех дружественных государств; кроме того, турками была признана независимость греческих земель на юге Балканского полуострова (из этих земель в 1830 г. было образовано королевство Греция) . } Россия получила право вмешиваться во внутренние дела Турции \footnote{В 1833 г. турецкий султан даже прибег к помощи России во время восстания против него египетского паши. В благодарность за помощь и защиту султан заключил с Россией особый договор, согласно которому обязался запереть Босфор и Дарданеллы для военных судов всех иностранных держав. }. 
Возрастание влияния России на Балканском полуострове, вмешательство ее в дела ослабевшей Турецкой империи и политика императора Николая I, который считал себя покровителем балканских славян и греков, начали сильно беспокоить европейские правительства. В 1840 г. в Лондоне была созвана общеевропейская конференция, которая установила протекторат над Турцией пяти держав: Англии, Франции, России, Австрии и Пруссии, после чего влияние России на Балканском полуострове стало быстро падать. Турция охотно уходила под влияние Англии и Франции. \medskip В 1832 году В. ~И. ~Истомин был переведен на Балтийский флот на фрегат ``Мария". Но три года спустя он вернулся на Черноморский флот. В 1834 году его наставник М. ~П. ~Лазарев был назначен главным командиром Черноморского флота и портов и перевел к себе выдающихся офицеров -- Нахимова, Шестакова, Корнилова и других. Все эти офицеры были его любимыми учениками, и они задавали тон остальным морякам. Таким образом сложилась та блестящая школа черноморских моряков, которые так отличились впоследствии в многочисленных морских сражениях и во время знаменитой обороны Севастополя. На Черном море Истомин плавал на различных кораблях: люгере ``Глубокий"$\! $, яхтах ``Резвая" и ``Память Евстафия"$\! $, линейном корабле ``Варшава". В 1837 году Истомин был произведен в лейтенанты и назначен командиром парохода ``Северная звезда". Затем он командовал шхуной ``Ласточка"$\! $, корветом ``Андромаха" и фрегатом ``Кагул". В 1840 году он помогал капитану второго ранга Корнилову в операции высадки десанта при Туапсе. С 1845 по 1850 год В. ~И. ~Истомин находился в распоряжении российского наместника на Кавказе. С 1850 года Истомин в чине капитана первого ранга был назначен командиром стодвадцатипушечного линейного корабля ``Париж" под флагом контр-адмирала Новосильского в составе эскадры вице-адмирала П. ~С. ~Нахимова. \medskip Осенью 1853 года, вскоре после Венской конференции, Турция объявила войну России, а флоты Англии и Франции появились в Босфоре, как бы угрожая России. В начале ноября 1853 года турецкий флагман расположился в Синопской бухте, напротив Феодосийской бухты. Синопская бухта -- прекрасная якорная стоянка, защищенная от северных ветров гористым полуостровом, имеющая значительный размер и глубину, снабженная молом и верфями, прикрытая береговыми батареями. Русское командование понимало, какое важное стратегическое место занимает Синоп. Это был турецкий перевалочный пункт, транзитный порт, опорная база. Корнилов, фактически бывший командующим Черноморским флотом после смерти в 1851 году М. ~П. ~Лазарева, приказал двинуть туда корабли. Командовать операцией назначили Нахимова. 
Нахимов в ожидании подкрепления с несколькими судами блокировал Синоп. Турецкое командование совершило большую ошиб\-ку, заключавшуюся в том, что при явном превосходстве в численности и вооружении не попыталось прорвать блокаду и нанести удар немногочисленному противнику. Когда к Нахимову пришла помощь, соотншение сил было следующим: пятьсот двадцать стволов, включая береговые батареи, у турков и семьсот двадцать стволов у русской эскадры; у Нахимова шесть с половиной тысяч людей против четырех с половиной тысяч турков. 
18 ноября 1853 года произошло Синопское сражение. Двумя колоннами (левую вел на ``Париже" Новосильский, правую -- Нахимов) эскадра вошла в бухту. Тактика Нахимова заключалась в том, чтобы вести бой с максимально близкой дистанции. Русским кораблям была дана команда не открывать огонь до полного сближения с противником. Сражение началось в первой половине дня. Корабль ``Париж"$\! $, которым командовал капитан первого ранга В. ~И. ~Истомин под флагом контр-адмирала Новосильского при наступлении на неприятеля шел рядом с кораблем ``Императрица Мария" и вслед за ним занял место по диспозиции. Открыв страшный огонь по турецкой батарее, по двадцатидвухпушечному корвету ``Поло-Сефид" и по пятидесятишестипушечному фрегату ``Дамиад"$\! $, он взорвал корвет. %в один час пять минут пополудни. В то время мимо него дрейфовал адмиральский фрегат ``Ауни-Аллах". ``Поразив его продольными выстрелами и отбросив на берег ``Дамиад"$\! $, корабль ``Париж" потравил цепь, вытянул шпринт и стал бить по двухполосному шестидесятичетырехпушечному фрегату ``Низамие". В два часа фок и бизань-мачты ``Низамие" были сбиты, а фрегат сдрейфовало к берегу, где он вскоре загорелся. Тогда ``Париж" открыл огонь по турецкой батарее~\cite[стр. ~323]{[Nakhimov]}". 
Пользуясь численным перевесом и умелым командованием, русские суда громили турецкие. Цвет турецких фрегатов и корветов (семь фрегатов и три корвета) , а также пароход на Синпоском рейде были сожжены дотла. Последним и до последнего дрался ``Диамад". Неподвижный, лежащий на мели, придавленный другим, уже мертвым, фрегатом, пятидесятишестипушечный ``Диамад" сопротивлялся, пока его не заставили умолкнуть стодвадцатипушечные ``Париж" и ``Три Святителя". Городок Синоп был наполовину разрушен -береговые турецкие батареи (всего их было четыре) стояли прямо в городе. Победа стоила русским силам 37 убитых и 230 раненных. Многие офицеры получили повышения. Так, Истомин получил после Синпоской~битвы~звание~контр-адмирала. 
После Синопской битвы английская и французская эскадры вышли из Босфора в Черное море, уже не скрывая, что намерены помогать туркам. Следствием этого был открытый разрыв России с Англией и Францией. %Император Николай I (1825 -%1855) увидал, что за Турцией стоят более грозные враги, и стал готовиться к %защите на всех русских границах. К довершению зла, даже и те державы, которые %не объявили прямой войны императору Николаю, именно Австрия и Пруссия, %обнаруживали неблагоприятное для Росии настроение. Таким образом, Россия оказалась одна, без союзников, против могущественной коалиции. %возбуждая к себе сочувствия ни европейских правительств, ни европейского %общества. 
К осени 1854 года главным театром военных действий оказался Крым и, в частности, Севастополь. В этом городе находилась главная стоянка российского черноморского флота; союзники рассчитывали, взяв Севастополь, уничтожить русский флот и все военно-морские силы России на Черном море. В сентябре 1854 года на западном берегу Крыма близ города Евпатория высадилось значительное количество французских, английских и турецких войск (более 60 тысяч) , под прикрытием огромного флота (89 боевых кораблей и 300 транспортных судов) . Русские войска в Крыму насчитывали всего 33 тысячи солдат (под командованием князя Меншикова, а затем князя Горчакова) . Перед высадкой союзников стоявший на севастопольском рейде флот состоял из четырнадцати кораблей, семи фрегатов, одного корвета и двух бригов, а кроме всех этих парусных судов было еще одиннадцать пароходов. Русский флот обладал хорошей артиллерией, которая оказала бы жестокое сопротивление всякому нападению на Севастополь с моря. Однако флот неприятеля включал много паровых судов и потому был совершеннее и сильнее русского, состоявшего в основном из парусных кораблей. Поэтому, ввиду явного перевеса неприятельских сил, русским судам нельзя было отважиться на бой в открытом море. Пришлось защищаться в Севастополе. 
Так началась знаменитая Крымская кампания. В Севастополе было всего шестнадцать тысяч матросов и солдат --- на каждого из них приходилось четыре неприятельских солдата. Кроме того, Севастополь был военно-морской, а не сухопутной крепостью. Тяжелые пушки его береговых батарей (всего насчитывалось тринадцать батарей, на которых находилось 611 орудий) смотрели в море, а со стороны суши город не был укреплен. На северной стороне была лишь выстроенная в свое время ``тоненькая стенка в три обтесанных кирпичика"$\! $, как ее ядовито называли моряки. Орудий, предназначенных защищать северную сторону, было всего 198, причем сколько-нибудь крупных было очень мало. На Малаховом кургане, в центре позиции, находилось всего пять орудий, все среднего калибра (восемнадцатифунтовые) . Военные инженеры Тотлебен, Ползиков, Мельников спроектировали ряд земляных сооружений (бастионов и батарей) , которые заменили собой сплошную крепостную стену. Эти бастионы были сооружены усилиями матросов и солдат, которым помогали жители города. 
Оборона Севастополя была поручена морякам под командованием адмиралов Корнилова, Нахимова и Истомина. Они решили затопить несколько боевых кораблей при входе в Севастопольскую бухту, чтобы сделать невозможным вторжение в нее с моря. Из донесения Корнилова: ``По приказанию его светлости князя Александра Сергеевича Меньшикова, корабли: ``Три святителя"$\! $, ``Уриил"$\! $, ``Селафил"$\! $, ``Варна"$\! $, ``Силистрия" и фрегаты: ``Флора" и ``Сизополь" затоплены в здешнем фарватере"~\cite[том 2, стр. 137]{[Tarle]}. Потопление судов началось на рассвете одиннадцатого сентября. Пушки и прочее вооружение с кораблей были перенесены на береговые укрепления. Русские моряки топили свои суда с тяжелым сердцем, они понимали, что это вынужденная мера. Они старались делать это медленно, чтобы иметь возможность в любой момент остановить затопление кораблей, если появится хотя бы небольшая надежда, что русская армия на суше отбросит неприятеля от Севастополя. Однако главнококмандующий князь Меньшиков (не имевший даже военного образования) , с первых же дней считавший оборону Севастополя безнадежной, командовал немногочисленной русской армией \footnote{которая, к тому же, была плохо подготовлена к войне: у наших солдат были гладкоствольные ружья старого образца, из которых наверняка можно было попасть в цель с расстояния не более ста двадцати метров, тогда как войска союзников были вооружены нарезным оружием, стрелявшим в пять--шесть раз дальше. } так, что союзники продолжали наступать, а российская армия терпела поражение за поражением (Альма, Инкерманн) и отступала все дальше от Севастополя. В городе был оставлен совсем слабый гарнизон (восемь резевных батальонов и небольшое количество матросов) . 
Однако важно было не только укрепить город, но и поддержать в его защитниках волю к победе. Обращаясь к матросам и солдатам, адмирал Корнилов говорил: "На нас лежит честь защиты Севастополя, защиты родного нам флота. Будем драться до последнего! Если кто из начальников прикажет бить отбой, заколите такого начальника... Если б я приказал ударить отбой, не слушайте, и тот подлец будет, кто не убьет меня". В отличие от главнокомандующего князя Меншикова или тогдашнего военного министра князя Долглрукого, Корнилов, Нахимов, Истомин, Тотлебен считали оборону Севастополя делом личной чести. Среди солдат и матросов они пользовались большой любовью и уважением. Деятельность этих замечательных людей после ухода от Севастополя Меньшикова с армией была самой активной. Неизвестно, когда они ели и спали. Их можно было видеть повсюду -- на строительстве укреплений, на бастионах, в лазаретах, в солдатских казармах (Истомин, в частности, возглавлял комиссию. проверявшую, в каких условиях живут матросы и привлеченные для строительства укреплений люди) . Работать им приходилось в чрезвычайно тяжелых условиях. Не хватало самого необходимого, даже лопат для рытья окопов. 
Седьмого сентября 1854 года высшую власть по обороне города было решено ({\it не по приказу главнокомандующего Меншикова, бросившего Севастополь на произвол судьбы, а самими адмиралами}) вручить генерал-адъютанту В~. А. ~Корнилову, который назначил П. ~С. ~Нахимова главноначальствующим над флотом и морскими батальонами в случае своего отсутствия в Севастополе, а на случай тревоги на Северной стороне командующим назначался контр-адмирал Истомин. %Неприятель начал наступление, осажденный Севастополь отчаянно %защищался. На бомбардировку неприятеля русские отвечали такой %же бомбардировкой из сотен орудий. Подойдя к Севастополю, неприятель начал усиленно обстреливать город и укрепления, чтобы потом броситься на штурм. Но севастопольские артиллеристы отвечали метким огнем из сотен орудий и наносили противнику такой урон, что он не отваживался штурмовать бастионы. Первое испытание было выдержано с честью. Правда, радость севастопольцев была омрачена гибелью адмирала Корнилова. Он был смертельно ранен 5 октября 1854 года, когда верхом объезжал бастионы Малахова кургана. Истомин, командовавший там и сам весь день находившийся под страшным огнем, просил Корнилова не приезжать к нему на бастион, но тот не послушался. Последние слова Корнилова, обращенные к защитникам города, были: ``Отстаивайте же Севастополь! " Штурмы отбивались с отчаянным мужеством. Направив свои силы против самого южного (``четвертого") бастиона, неприятель не имел никакого успеха; тогда союзники перенесли свои атаки на восточную часть укреплений, на Малахов курган. 
Осада Севастополя продолжалась 350 дней. Город был сильно разрушен бомбардировками. Русским не удавалось стянуть к Севастополю большие силы и выбить неприятеля из его укрепленного лагеря. Поддерживать далекий Севастополь и снабжать его боеприпасами и продовольствием без хороших дорог и морского пути было очень трудно. Пороху и снарядов не хватало, в бастионах царил полуголодный режим. В военном интендантстве процветало воровство. Военный министр Долгорукий проявлял по отношению к осажденному Севастополю полную безучастность и бездействие. Но гарнизон Севастополя не падал духом и действовал с необыкновенным мужеством \footnote{Император Николай за мужество и стойкость приказал считать каждый месяц службы в Севастополе за год. Из шестнадцати тысяч моряков, бывших в Севастополе в начале осады, осталось в живых всего восемьсот человек }. Силы защитников Севастополя таяли. Каждый день вражеский огонь выводил из строя до 1000 человек. С начала обороны Севастополя в 1854 году контр-адмирал Истомин командовал четвертой оборонительной дистанцией Малахова кургана (Корниловский бастион) -одним из самых сильных укрепленных пунктов. Он выдерживал ураганный огонь и неоднократные штурмы противника. Малахов курган являлся ключем к Севастополю, его необходимо было удерживать во что бы то ни стало, так как с высоты кургана враг мог бы видеть весь город, легко мог бы войти в него и с тыла взять все остальные его укрепления. 
Несмотря на то, что адмирал был ранен и контужен, он продолжал руководить боями. За отвагу и самоотверженность, проявленые при обороне Малахова кургана, В. ~И. ~Истомин был награжден орденом Святого Георгия третьей степени. 
7 марта 1855 года, когда адмирал Истомин возвращался со вновь воздвигнутого напротив Корниловского бастиона Камчатского люнета к себе на курган, неприятельским ядром ему оторвало голову. П. ~С. ~Нахимов, считавший эту потерю, как и потерю Корнилова, незаменимой, приказал означить то место на бастионах, где был убит Истомин. Высоко оценивая ту роль, которую Истомин играл при обороне Севастополя, Нахимов уступил ему место в склепе Владимирского собора в Севастополе радом со священными для российского флота прахами адмиралов М. ~П. ~Лазарева и В. ~А. ~Корнилова, которое он берег для себя.